Книга Когда мы были осколками, страница 165 – Акация Блэк

Правда так и хочет сорваться с языка. Просто чтобы больше не нести это бремя в одиночку. Руки дрожат, простыни сминаются под ногтями. Я прикусываю щеку изнутри, чтобы не дать слезам, которые так долго сдерживала, наконец пролиться.

— Это снова тот человек? Он связывался с тобой еще раз?

Сердце замирает, когда его обеспокоенный взгляд падает на мои дрожащие губы.

— Я беспокоюсь о тебе, – признается он. – Пожалуйста, скажи мне, кто этот человек, чтобы я мог позаботиться о нем. Я готов сжечь весь мир ради тебя, Луна. Все, что тебе нужно сделать, – это попросить. Просто доверься мне. Пожалуйста.

Теперь сердце рассыпается, а по щекам катятся слезы.

— Крошка Луна, – шепчет он с болью в голосе, гладя меня по щекам. – Я не стану тебя осуждать.

Он запрокидывает мою голову так, чтобы мы смотрели друг другу в глаза. Нефритовый взгляд пронзает грудь. Лиам действительно видит меня насквозь, и я с благодарностью думаю о том, что мне не придется произносить это тошнотворное слово. Потому что он понимает меня, угадывает правду, которая мучает меня. Прижавшись лбом к его лбу, накрываю его ладони и плачу в объятиях лучшего друга. Он позволяет мне выплакаться без единого слова, а затем сцеловывает мои слезы, одну за другой, прежде чем переплести наши пальцы. Несмотря на дымку в глазах, я различаю влажные дорожки и на его щеках.

И делаю глубокий вдох, прежде чем открыться.

— Несколько лет назад один парень заставил меня заняться с ним оральным сексом в обмен на молчание. У него была компрометирующая информация о человеке, которого я очень любила. Сначала я согласилась, – всхлипываю я.

Его пальцы замирают. Когда я осмеливаюсь поднять на него глаза, то замечаю на его лице ужас. Лиам притягивает меня к себе и сжимает в крепких объятиях.

— И когда ты сказала ему, что больше не хочешь этого, он не остановился, так?

Киваю.

— Вот ублюдок…

Лиам не решается задать мне волнующий вопрос. Зашел ли он дальше. Когда его взгляд, полный паники, встречается с моим, я все понимаю. И молча качаю головой – нет, дальше этот урод не зашел. Но да, это все еще изнасилование. Мне потребовалось много времени, чтобы смириться с этим словом. Со стыдом вытираю слезы, чтобы он их больше не видел.

— Я отказываюсь плакать из-за этого ублюдка. Он не заслуживает моих слез.

Он поднимает мой подбородок двумя пальцами.

— Твои слезы говорят не о том, что ты слабая, а о том, что ты не позволяешь этой истории больше ломать тебя. Это значит, что, несмотря на все, что этот ублюдок сделал с тобой, ему не удалось тебя разрушить. Ты по-прежнему самая любящая и щедрая девушка из всех, кого я знаю. Иди ко мне.

И обнимает так, что у меня перехватывает дыхание. Жмусь к нему, таю в его руках.

— Мне очень жаль, что тебе пришлось пройти через это, крошка Луна. Если бы я мог забрать себе всю твою боль, я бы сделал это не раздумывая.

Внутри легко и радостно, что он не осуждает меня. Просто защищает. Я боялась, что он больше не захочет ко мне приближаться. Прикасаться ко мне. Что ему будет трудно смириться со шрамами на моем сердце, что образ лучшей подруги будет навсегда очернен. И все же его пальцы гладят мне волосы, нежно проводят по лицу. В его глазах я все та же. Красивая. Сильная.

— Этот человек знает, на что ты ради него пошла?