Книга Поэма о Шанъян. Том 3–4, страница 173 – Мэй Юйчжэ

Повстанцы напали на город!

Набросив накидку, я выбежала наружу. Пожар войны окрасил небо в алый.

— Ванфэй! – крикнул один из солдат.

— Когда началась осада?

В этот же момент раздался очередной оглушительный взрыв – я почувствовала, как под ногами задрожала земля.

Я застыла в оцепенении – сердце от ужаса бешено колотилось в груди. Красное от огня ночное небо, казалось, вот-вот вспыхнет и рухнет прямо на меня.

— Несколько минут назад повстанцы начали штурмовать ворота дворца, – спокойно, но твердо сказал стоящий позади меня солдат.

Пламя бушевало в стенах города, повсюду разносились душераздирающие вопли, воздух пронзали стрелы и камни. Я бросилась вперед и даже не заметила, как оказалась на башне у самых ворот. Одежда взмокла от пота. Я окинула город взглядом, и сердце мое замерло.

Мятежники воспользовались сменой караула и бросились к воротам Чэнъэньмэнь – самому слабому месту в стенах Запретного города. Противник принялся пробивать ворота гигантским деревянным тараном.

Много лет назад эти ворота почти сгорели во время Праздника фонарей. Чиновники из приказа по астрономии и календарю признали, что в этой стороне света ворота не должны оставаться в таком виде, поэтому их снесли и перестроили. Новые ворота выглядели очень изысканно – их украсили резьбой. Они отливали золотом и яшмой. Но при возведении новых ворот не потрудились задуматься о безопасности Запретного города. Ворота стали у´же, а вышка у ворот была больше для вида, нефункциональна.

Строительством руководил Сун Хуайэнь, поэтому он прекрасно знал об их уязвимости. Из-за узкой дороги оборонному гарнизону к башне просто не подойти. Как только противник уничтожит ворота, он сразу же окажется у западного входа в императорский дворец.

К счастью, Пан Гуй заранее разместил у этих ворот восемьсот лучших солдат из Железного гарнизона. Лучники обстреливали мятежников – стрелы сыпались дождем. Безусловно, повстанцы отличались храбростью, но им было не остановить бесконечный дождь из стрел, поэтому они вынужденно отступили на сто шагов. Когда обстрел ослаб, повстанцы тут же ринулись в атаку. Огромными железными щитами они расчищали путь и продолжали наступление.

Закрытое щитами от стрел, гигантское бревно тарана снова и снова врезалось в ворота дворца.

Пан Гуй и Вэй Хань заняли позиции на городской стене и командовали лучниками.

Под массивной атакой врага пять колонн Железной гвардии обстреливали противника и, когда стрелы заканчивались, сменяли друг друга, не давая мятежникам перевести дыхание. Но и противник не оставался без ответа – вражеские лучники обстреливали стены города. Время от времени солдаты Железной гвардии падали со стен, но их место тут же занимали другие.

Ожесточенная битва продолжалась до рассвета. Железная гвардия успешно отстаивала позицию – повстанцы, выбивающие ворота, были поражены стрелами – один за другим. Мятежные войска редели, их атаки замедлились – многие были застрелены еще на подходе к воротам. Последняя волна прекратилась на рассвете. Ночная атака повстанцев провалилась.

— Еще два дня! – Вэй Хань подошел ко мне. Глаза его были красными, но меч был все еще в ножнах. Он крикнул солдатам: – Моральный дух повстанцев ослаблен! Скоро прибудут войска Юйчжан-вана! Мы должны продержаться еще два дня!