Книга Поэма о Шанъян. Том 1–2, страница 117 – Мэй Юйчжэ

Впервые я видела мощь его войска. И когда солдаты подняли свои алебарды и закричали в унисон, когда из-под копыт лошадей взлетела в небо пыль и их громоподобные возгласы сотрясли землю… Я испытала тот же восторг, что три года назад, когда Сяо Ци перешел врата Чаоянмэнь. Я посмотрела на его профиль и задержала взгляд на вышитом золотом свернувшемся драконе на военном кафтане в свете заходящего солнца.

Силы Сяо Ци окрепли, а меч его был остер.

Пусть небо и просторы Ниншо необъятны, я боялась, что этого было недостаточно для непоколебимых амбиций Сяо Ци. Той ночью я приказала Юйсю собирать вещи и готовиться к выезду на юг. Юйсю впервые должна будет покинуть Ниншо, и сделать это придется в окружении многочисленной армии. Ее это и пугало, и волновало одновременно.

Заметив, что она собирает очень много теплых вещей, я невольно улыбнулась и сказала:

— Чем дальше на юг, тем теплее. В столице ты не сможешь носить теплые вещи, не нужно их брать с собой.

Позади раздался голос Сяо Ци. Он улыбался.

— Пусть берет все с собой.

Он вошел во внутренние покои, не снимая доспехов. Служанки поспешно поклонились и ушли.

Я с улыбкой посмотрела на него и сказала:

— Ты просто не знаешь, что в это время в столице носят газовые ткани и яркую одежду. Кто будет носить такую громоздкую и некрасивую?

Сяо Ци ничего не сказал и просто посмотрел на меня – от его взгляда мне стало неловко. Я подошла к нему и расслабила связывающие его нагрудник шнурки. Усмехнувшись, я спросила:

— Разве ты не переодеваешься, когда возвращаешься домой? Неужели тебе так холодно?

— Ты тоскуешь по дому.

Он взял меня за руку и внимательно посмотрел в глаза.

— Ты правда хочешь вернуться в столицу?

Я тихо вздохнула и отвела взгляд. Он только что сказал слова, которые я меньше всего хотела бы слышать. На мгновение мне стало немного грустно, но я заставила себя улыбнуться.

— Рано или поздно мне придется вернуться. Но и Ниншо покидать не хочется.

Он погладил меня по волосам, глядя немного виновато.

— Я отвезу тебя в столицу, когда будет поспокойнее. Я не заставлю тебя долго ждать.

Я ошеломленно отступила и пристально посмотрела на него.

— Ты не возьмешь меня с собой?

— Не в этот раз. – Он достал из рукава письмо и протянул его мне. – Прочитай, что написал канцлер.

Это было письмо для меня от отца. Сяо Ци сказал, что даст мне его прочитать, когда мы вернемся с прогулки. Сердце мое упало, в голове не осталось ни одной мысли. Я взяла письмо, но не нашла в себе смелости, чтобы открыть.

Когда я узнала, что он вынужден отправиться со своим войском на юг, я не чувствовала колебаний, не думала о коварстве войны, только решила, что мы должны быть вместе: вместе подниматься, вместе падать – это закон неба и принцип земли! Более того, мои родители и родные были до сих пор в столице под бдительным оком армии Цзяньнин-вана. Я – дочь рода Ван и разделяла общую судьбу со своей семьей, разделяла скорбь и смерть, все то же, что и со своим мужем, не смея колебаться и бояться.

— Хочу вернуться в столицу! – Я холодно посмотрела прямо на Сяо Ци. – Ты не оставишь меня здесь одну.

Он посмотрел на меня и медленно сказал:

— Завтра утром ты отправишься в Ланъю.

— Ланъю?

Я почти поверила, что ослышалась. Он действительно сказал: «Ланъя». Зачем он упомянул родной город нашей семьи Ван?