Книга В Рождество звезды светят ярче, страница 85 – Софи Жомен

До конца недели еще четыре дня. Четыре! Завтра у нее встреча с сотрудницей социальной службы. Каких еще гадостей ей ждать? Теперь Агата боится, что простая бюрократическая формальность грозит вылиться в крестные муки.

Мало сказать – боится, уже к ним готовится.

Алекс в отвратительном настроении.

Он не из тех, кто, чуть что, выплескивает свое раздражение. Наоборот, что бы ни случилось, он предпочитает сохранять самообладание. Неприятности побуждают его скрывать свои чувства, напряженно размышлять, замыкаться в себе. Но знающие его люди умеют правильно толковать этот угрюмый взгляд, насупленные брови, этот тон, сочетающий нетерпение и раздражение.

Агата Мурано вывела его вчера из себя. Кем она себя возомнила? Решила, что может вытворять все, что ей вздумается? Дезертировать без спросу? Что ни говори, преждевременные каникулы ее племянницы – подходящий повод, дерзкой оформительнице выпала прекрасная возможность избегать встреч с ним – не это ли так его злит?

Он с пыхтением тянется за тартинкой, от души намазывает ее маслом, зачерпывает ложкой из баночки черничное варенье.

По совести говоря, она перерабатывала, не жалея себя, так старалась целый месяц для «Галереи Артман», что вполне заслуживает лишних двух недель к отпуску. Проблема не в этом, а в том, что Алексу не по нраву, когда ему дают от ворот поворот. Но он все равно не изменит свое вчерашнее решение. Он – босс, он выдвигает ультиматум, и не в ее интересах им пренебрегать.

Бутерброд выскальзывает из его скольких от масла пальцев и, согласно известному закону, падает на скатерть вареньем вниз.

— Вот дерьмо!..

Сидящие напротив него Луи и Клементина поднимают носы от своих тарелок.

— Дядя выругался! – радуется младший.

— Прошу прощения, – ворчит Алекс, соскребая ножом варенье от скатерти. – Это больше не повторится.

— Надо было раньше нам сказать, что что-то не так, – подает голос Стефани.

Он с удивлением поднимает голову и смотрит на сестру, потом на мать.

— С чего ты взяла, что у меня что-то не так?

— Вчера ты вернулся с работы чернее тучи, за весь ужин не произнес ни словечка, не проявил интереса к фильму, который мы смотрели, сегодня утром твое раздражение можно пощупать. Что у тебя за проблема?

Алекс хмурится. Ему сейчас не до разговоров, поэтому он уходит от ответа.

— Все в норме. Сегодня утром у меня собрание правления на другой фирме, есть о чем подумать.

— Ну, как скажешь… – отступает сестра, пристально на него глядя.

Он не отвечает. Без разницы, верит она ему или нет. Он сейчас не в настроении разговаривать, тем более со всем семейством сразу.

Он подливает себе кофе, не подозревая, что следующий выстрел произведет мать.

— Ваш отец был таким же. Когда его беспокоило что-то личное, он пребывал в невыносимом настроении и придумывал в свое оправдание профессиональные предлоги. Но меня ему было не провести.

Алекс и Стефани дружно поворачиваются в матери. Та пьет мелкими глотками чай, едва касаясь сложенными куриной гузкой губами фарфора.

— Мама? – зовет ее Алекс.

— Я сказала, что ты ведешь себя, как твой отец, Александр. Он всегда придумывал ложные оправдания, лишь бы не признаваться, что его на самом деле беспокоит. Бог знает, что он скрывал.

Алекс щурится.

— Да ну?

— Алекс, – вмешивается Стефани, – я не уверена, что сейчас подходящий момент…