Книга В Рождество звезды светят ярче, страница 79 – Софи Жомен

Она позволяет себе слопать в привокзальной палатке жирный кебаб под белым соусом, потом ныряет в кинотеатр авторского кино поблизости. Репертуар ей безразличен, она покупает билет на ближайший сеанс и попадает на полнометражный иранский фильм. В зале всего шесть человек, считая ее. Она не способна думать ни о чем другом и, прежде чем гаснет свет, шлет смс Жозефине: «Скажи, что хотя бы ты не участвовала в этом мерзком пари…»

Четверть фильма Агата плачет. Когда сеанс заканчивается, оказывается, что уже пора забирать у родителей Хлою.

За вспышкой гнева следует приступ апатии. Полнейшей. Она ведет машину, как автомат, паркуется на своем привычном месте, торопится войти, вешает пальто и молча входит в гостиную.

— Агата, cara mia!

Роза встает, чтобы поцеловать дочь, чего не посмела сделать утром. Агата не сопротивляется, она закрывает глаза и успевает уловить слабый запах мыла, исходящий от пушистых материнских щек.

На ковре в гостиной Хлоя и Валерия играют в «Каркассон». Валерия поднимает глаза на сестру, та не может расшифровать ее взгляд. Кажется, Валерия держит строгий нейтралитет, на ее лице не прочесть ни злости, ни благодушия. Ее бездонные глаза наводят Агату на мысль, что она очень плохо знает свою старшую сестру.

— Хлоя, ты готова? – спрашивает Агата.

— Мы только начали партию, – отвечает девочка, не поднимая голову.

Она не протестует, просто сообщает, как обстоит дело, не ожидая возражений.

— Сколько времени длится одна партия?

— Если бы ты со мной играла, то знала бы, – ставит ее на место племянница.

У Агаты перехватывает дыхание, Роза закрывает ладонью рот. Тогда из своего кресла подает голос Джузеппе, которому никто не смеет противоречить:

— Как ты разговариваешь со своей тетей, Хлоя?

Та, передвигая по полю фишки, молча пожимает плечами, демонстрируя презрительное безразличие.

— Еще полчаса – и все, – сообщает Валерия.

Агата садится на стул.

— Хорошо, я подожду.

— Что тебе принести? Чай, кофе? – спрашивает мать.

— Горячий шоколад, если можно, mamma. Сделаешь?

— Subito!^[18] – с улыбкой отвечает Роза и торопится на кухню.

Этот момент Хлоя выбирает для нанесения смертельного удара:

— Я хочу переночевать здесь, мама.

У Агаты становится горько во рту. После унижения, пережитого ею и племянницей накануне, та умудрилась просить свою мать и еще раз разбередить тетину рану.

— Хлоя, – отвечает ее тетя бесцветным голосом, – мы так не договаривались. Придется тебе вернуться со мной.

— Но завтра воскресенье. Мне не идти в школу. Я хочу побыть с мамой. Мы так хорошо играем, и она мне сказала, что после еды можно будет поиграть в «Марио Карт».

Агата пронзает взглядом Валерию.

— Кое о чем мама тебе не рассказала, Хлоя. Сегодня утром у нас с ней было разговор, и я высказалась совершенно четко: по вечерам ты возвращаешься ночевать ко мне.

Хлоя выпрямляется, красная от злости и готовая взорваться.

— Это нечестно! Я должна была остаться с мамой, пока она не уедет. Мы так договорились. Ты не держишь слова. И вообще, она моя мама, ей решать!

Агата с трудом сдерживается, чтобы опять не расплакаться. С нее хватит! Довольно отыскивать для племянницы смягчающие обстоятельства. Хватит подвергать себя мучениям из-за детских капризов. Ее удивляет, что она способна злиться на Хлою. Бедняжке всего десять лет! Ей и так достается, как ее тетке не стыдно?