Книга Бесишь меня, Ройс Таслим, страница 44 – Лорен Хо

— Ух ты, – бормочет Верн себе под нос рядом со мной, и по его тону я понимаю, что он ее узнал.

— Всегда рады видеть тебя за нашим крутым столиком, – ухмыляется Милли, – особенно если ты покупаешь напитки.

Зи дважды хлопает в ладоши.

— Продано. Если только это не алкоголь, по понятным причинам.

Она скользнула в кабинку.

— Прости, что опоздала! – крикнула Зи мне через стол.

— Не переживай, – отвечаю я. – Я к этому привыкла. Но на мой сет ты как раз успела.

— Да, хотя я расстроена, что пропустила выступление Рэя, – говорит она, подмигнув покрасневшему Ройсу.

Таслим, должно быть, проинформировал ее о ситуации, когда они столкнулись в баре.

Я представляю Зи как Зи, но, конечно, все ее узнали, несмотря ни на что. Когда твой прадедушка – один из отцов-основателей старейшей политической партии Малайзии, а отец – главный министр, такое случается.

Я замечаю, как она слегка вздыхает, пожимая руку Верну. О-о-о.

— Ты модель? – спрашивает она Верна, прижимая руку к сердцу и заглядывая ему в глаза.

Верн усмехается, убирая с глаз взъерошенные волосы.

— Ни в коем случае.

Он резко поворачивается к Хамиду, и они вдвоем начинают обсуждать выступление Брайана.

Зи кивает.

— Как грубо, – слышу я ее мечтательный голос.

Люди покидают кабинку, и в какой-то момент Ройс и Зи оказываются в другом углу. Я наблюдаю, как Ройс болтает с Зи и Джиной, борясь с приступом зависти, когда они вместе смеются. Ройс может быть очень обаятельным, хотя со мной он, конечно, даже и не старается. Почему-то это раздражает больше, чем следовало бы. «Сосредоточься», – говорю я себе. Затем наступает моя очередь. Я поднимаюсь на сцену под восторженные возгласы публики. За большим столом особенно шумные посетители празднуют, похоже, день рождения (судя по гигантским воздушным шарам в виде числа тридцать). Кто-то из сидящих за праздничным столом кричит: «Малолетка!»

— Видите, какие у нас тут сегодня люди, – начинаю я, указывая на праздничный стол. – Вот почему я приветствую Судный день^[22].

Они смеются, то ли добродушно, то ли пьяно. Я перехожу к рассказу о том, что значит быть девочкой-подростком, которая зависает в Интернете и играет в видеоигры.

— А я занимаюсь криптой, – кричит мужчина за шумным столом с цветочной гирляндой из пластика цвета фуксии на шее – предположительно, именинник. Его друзья начинают вполголоса скандировать: «Крипта, крипта, крипта!»

— Может, все-таки заткнетесь, вы, криптуны-пуканы, – дружелюбно говорю я. – Говорить можно только, когда у тебя микрофон. Сможете закриптить эту фразу?

За соседними столиками раздаются аплодисменты и одобрительные возгласы, а зачинщик-именинник поднимает руки в знак капитуляции.

— Я слегка навеселе, – отвечает он, как будто это оправдывает все их выкрутасы.

Я отвожу взгляд от их столика.

— Однако, если говорить о соцсетях, мои родители не зарегистрированы в TikTok, и это хорошо. Думаю, они бы пожалели, что у них есть дети, если бы увидели, чем мы там занимаемся. На днях кто-то выложил фотографию прыщей, появляющихся в замедленном режиме. Что я хочу сказать? Что никаких тайн не осталось – все семь печатей сорваны.

Я продолжаю в том же духе, пока Брайан не сигнализирует, что мое время истекло, делая руками знак «Х», и я заканчиваю выступление хлесткой шуткой. Зрители громко хлопают, я несколько смущенно отвечаю им тем же. Адреналин покидает меня, когда я направляюсь к кабинке комиков. Тем временем Брайан встает и направляется на сцену, чтобы представить следующего исполнителя.