Книга Бесишь меня, Ройс Таслим, страница 26 – Лорен Хо

— Очень даже неплохо! – говорит Лэй, ухмыляясь. – Особенно для новичка. Считай, что я впечатлен.

— Спасибо. – Сердце у меня все еще колотится как бешеное, и я сглатываю, хотя во рту пересохло. – Даже и не знаю, чего я там наговорила.

— Твой друг Рэй все время наблюдал за тобой.

— Правда?

По какой-то причине это открытие вызывает у меня еще большее волнение. Лэй передает мне еще один стакан холодной воды. Я выпиваю его залпом и внезапно понимаю, что мне отчаянно нужно в туалет, поэтому извиняюсь и ухожу.

Когда я возвращаюсь, Кирен все еще работает с публикой. Вытянув шею, я пытаюсь найти Таслима и вдруг замечаю его: поджав губы, он стоит в тени бархатного занавеса и ждет своего выхода на сцену. Сначала я его не узнала. Таслим – Рэй, поправляю я себя, – спрятал свои густые волнистые волосы под темно-синюю шапочку-бини и переоделся. Теперь на нем мятая выцветшая рубашка в изумрудно-синюю клетку навыпуск, поверх черных джинсов, которой он словно пытается скрыть свое жилистое, мускулистое тело. А еще Таслим как будто немного сутулится, хотя обычно держится уверенно, с непринужденной грацией спортсмена. Такое ощущение, что он хочет выдать себя за кого-то другого.

Его взгляд встречается с моим, и у него на лице отражается эмоция, которую я не могу определить. Таслим поджимает губы. Не думаю, что он рад меня видеть.

По какой-то причине Золотой Мальчик, застегнутый на все пуговицы, идеальный Ройс Таслим, чья мама регулярно пьет чай с настоящей принцессой Малайзии, выступает на сцене в захудалом баре, притворяясь, что он не Таслим, и я – единственный человек, который знает правду.

А это значит, что я представляю угрозу.

— Народ, поднимите руки и поприветствуйте нашего нового мини-хедлайнера на сегодняшний вечер, который впервые выступит с пятнадцатиминутным сетом. Итак, встречайте – Рэй Лим!

Я хлопаю вместе с остальными, и Рэй (Таслим), не сводя с меня глаз, начинает свой сет.

С самого начала Таслим выглядит на сцене как не в своей тарелке. Его взгляд неуверенно скользит туда, где сижу я. И я не знаю, то ли это у Рэя такой образ, то ли его нервозность вызвана моим неожиданным появлением. Но тогда возникает вопрос о его сете. Из небольшого рассказа Кирена перед выступлением Рэя, я поняла, что это не первое его «родео» – на самом деле, он, должно быть, приходил сюда довольно часто и выступал достаточно хорошо, раз его назвали хедлайнером, пусть даже на шоу открытого микрофона. Тем не менее мне кажется, что у Рэя все идет не так, как надо.

Начнем с того, что он без конца повторяет «э-э».

«Как я уже говорил, э-э».

О да, Рэй еще часто повторяет: «Как я уже говорил». А потом он сглатывает. Громко. Прямо в микрофон.

Рэй/Таслим немного рассказывает о своей учебе. Никто не смеется, и я жду, что он сменит тему, но он этого не делает и упрямо продолжает рассказ о студенческой жизни. И тогда я понимаю, почему Рэй придерживается своих реплик, – у него только один набор шуток, без запасного варианта. А быстро сообразить, чтобы отреагировать на аудиторию, у него не получается. Недовольство публики ощутимо. Нарастает низкий гул. Кто-то освистывает его. Таслим заканчивает выступление рассказом о TikTok, и никто, абсолютно никто не смеется. Свист становится громче. Он замирает на сцене, даже когда Лэй три раза подряд мигает красным фонарем. Я вижу на лице Таслима ту же панику, которую сама чувствовала в начале своего сета, и тут же решаю прекратить его освистывать. Должна признать, что с моей стороны это вообще было немного бестактно. Не знаю, в чем дело, но конкуренция всегда пробуждает во мне все худшее.