Книга Любовь приходит в Рождество, страница 139 – Шейла Робертс

Они еще немного покатались по округе, но несмотря на красоту огней восторженные реплики звучали натянуто, и волшебство безвозвратно рассеялось.

— Мне завтра утром нужно будет по делам, – соврала она. – Может, на сегодня хватит?

Грифф кивнул и, развернув машину, вырулил из района жилой застройки на главную улицу.

К ней домой они доехали в тишине. Корки выдохся и заснул. Как и мозг у Стеф, поэтому ей уже ничего не шло в голову.

На подъезде к ее дому Грифф припарковал машину и немного откашлялся.

— Прости, что я ушел в себя. Иногда…

Стеф положила руку ему на плечо.

— Я понимаю. Правда.

Он еще не готов к отношениям. Ради Гриффа она насилу улыбнулась и поцеловала его в щеку.

— Спасибо за бургер.

После чего вылезла из машины и пошла к дому. А переступив порог, закрыла дверь и уже не оглядывалась.

* * *

Митч и Френки целый вечер в обнимку просидели у нее на диване за фильмом «Крепкий орешек» – на праздники лучше не придумаешь. Перед уходом он посоветовал ей поразмыслить над тем, куда она хотела бы поехать на медовый месяц.

— Может, где-нибудь в тропиках? – предположила она.

— Только я и ты в одном бикини. Хотя бикини не обязательно, – с ухмылкой добавил он.

Насладиться вместе с Митчем тропическим раем – звучит прекрасно.

Видимо, Френки уже начала превращаться в свою же мать, потому что той ночью ей тоже приснился особенный сон. Хотя и не самый приятный: никаких тебе круизных лайнеров и новогодних шапок. Да и тропических островов. Зато в ее сон проникла Элинор.

Они и правда были на море, только не на лайнере. А на крошечном плоту, все втроем, посреди богом забытого тропического океана, кишащего акулами. Они сидели под палящим солнцем, исхудавшие и обожженные, с потрескавшимися губами. Элинор билась в истерике.

— Чего ты ждешь? Давай, скорми меня акулам, – верещала она. – Тебе же на меня плевать. Только о себе и думаешь! А что насчет Митча? Он был тебе не нужен, пока я не забрала его себе.

— Это не правда, – возразила Френки. – Мне на тебя не плевать.

— Конечно наплевать! – Элинор вскочила на ноги, и плот закачался, словно надувной плавучий дом. – Вот возьму и спрыгну. И никому не будет дела, если меня сожрут акулы.

— Митч, ну сделай что-нибудь! – крикнула Френки.

Он пожал плечами.

— Не могу. Только ты можешь ее спасти.

— Слишком поздно, – взвыла Элинор и с громким плеском канула в воду.

К бедняжке уже устремилась акула, как вдруг Френки проснулась.

Ладно, надо срочно что-то делать, иначе Элинор наверняка сожрут акулы.

* * *

Натали по субботам всегда отдыхала с семьей, так что в магазине управлялись Френки, Элинор и Адель. И судя по настрою Элинор, акулы за нее уже взялись. Хорошо хоть Адель служила им буфером. Элинор не просто ходила с угрюмым лицом, но и лишилась всякого сочувствия по отношению ко вдовствующей нанимательнице и смотрела на нее осуждающим взглядом. Как будто Френки намеренно поставила себе цель разрушить ее жизнь.

— Но это не так, – сказала она матери после того, как отослала Элинор наверх, в отдел сменяющихся времен года, выставлять декорации ко Дню святого Валентина. – В смысле я понимала, что делаю, но… Нет чтобы дать Уильяму шанс! Тогда бы мы не попали в такой переплет.

— Уильям и правда душка, – сказала Адель, – но он меркнет рядом с Митчем. От таких, как Митч, у женщин слюнки текут. Прибавь еще к этому то, что он сама доброта, и сразу отпадает вопрос, почему она предпочла его Уильяму.