Книга Мое темное желание, страница 51 – Паркер С. Хантингтон, Л. Дж. Шэн

Зак Сан: [GIF: Отступает в кусты]

Ромео Коста: НА УЛ И ЦЕ?

Олли фБ: Нет, неотесанный ты мужлан. В бутике Hermes. Ромео Коста: А говорят, любовь бесценна.

Олли фБ: Какой бы ни была цена, Зак скажет, что она завышена, и откажется платить.

Зак Сан: Позор-то какой.

Ромео Коста: Это не так позорно, как лицезреть в суде увеличенное фото своего члена в рамках ожесточенного судебного процесса между твоей бывшей любовницей и вице-президентом.

Олли фБ: Я бы не стал называть это позором. Может, небольшим неудобством?

Ромео Коста: Господи, Олли. Люди напечатали футболки с изображением твоего члена и слоганом «ГОЛОСУЮ ЗА НЕГО».

Олли фБ: Я счел это весьма лестным. И да будет вам известно, фото моего члена – самое приличное, что извергали политики в последнее десятилетие.

Олли фБ: Единственный недостаток состоит в том, что люди теперь хотят с ним сфотографироваться, потому что он стал знаменитым.

Ромео Коста: В чем же тут недостаток? Ты наснимал столько секс-видео, что в пору открывать собственный Pornhub.

Олли фБ: Сфотографироваться просят не любовницы. А первые встречные на улице. И, судя по всему, любезный ответ на их просьбу считается «непристойным обнажением».

Зак Сан: Это все объясняет.

Олли фБ: Что именно?

Зак Сан: «Лучше всех отсасывают беззубые».

Олли фБ: А. Бумеры. Последнее великое поколение. Похотливые, опытные и не умеют обращаться с камерой айфона.

Олли фБ: В общем, вернемся к бедам Зака.

Олли фБ: Чувствуешь, как этот подбитый мехом воротник затягивается на твоей шее, сынок?

Ромео Коста: Брак не наказание.

Олли фБ: Я бы, без преувеличения, предпочел электрический стул.

Ромео Коста: [Эмоджи, закатывающий глаза] Олли фБ: Каждый. Раз.

= Зак =

В первый рабочий день Фэрроу я задался целью не покидать свой кабинет.

Первое и самое важное: мне нужно было поработать. Работа дарила радость и покой. Торговля акциями. Захват компаний. Преобразование их в мои собственные.

Все качества, которые превращали меня в неприступного и странного человека, – недостаток внимания, страсти и эмпатии, – в мире бизнеса становились достоинствами. Неважно, что я уже сколотил внушительное состояние. Зарабатывание денег – моя любимая кровавая забава. Фондовые биржи – моя арена. А каждое живое существо – мой противник. Я восседал на своем позолоченном троне на Дарк-Принц-роуд. Непобедимый чемпион.

Второе и менее важное (но все же примечательное): Фэрроу нужно время, чтобы освоиться в поместье. Привыкнуть к владениям, которые я называл домом. Побродить по территории, изучить каждый закоулок и почувствовать себя комфортно. Я прочел ее как открытую книгу и решил пойти ей навстречу. Не потому, что меня в самом деле волновало, освоится она или нет, а потому что эта женщина – ходячая неизлечимая головная боль.

Я смогу воплотить свой план, только когда она успокоится.

Осьминожка служила живым доказательством тому, что удача меня не покинула. Изначально я заглянул в ее крохотную кухню, чтобы поиздеваться над ней. Может, даже наказать. Но потом кое-что произошло. Нечто чудесное и ужасное одновременно.

Я прикоснулся к ней и не поежился. Не содрогнулся. Меня не вырвало.

Целых два десятилетия ни один человек не мог прикоснуться ко мне даже пальцем, не вызвав при этом отвращения. Ни врач. Ни женщина. Ни даже моя мать. Мне никогда не приходило в голову, что существует противоядие от моей проблемы. А то, что Фэрроу Баллантайн по силам довести диснеевскую принцессу до самоубийства, можно рассматривать как вселенскую концепцию равновесия. Я слышал поговорку. Бог всегда заворачивает свой подарок в проблему.