Книга Бесчувственный Казанова, страница 49 – Л. Дж. Шэн

— Ну раз уж меня за это оценивают… – Риггс взял еще один трюфель и слизал вишневую глазурь. – Как тебе такое? «Завтра будет новый день. Лучшие дни твоей жизни еще впереди. Не бывает плохой рекламы. Что не убивает тебя, делает тебя сильнее. Величайшие прорывы наступают после самых мрачных времен». Ну, как я справляюсь?

Я посмотрела на него с неприкрытым раздражением.

— Говоришь цитатами с моего мудборда на Pinterest.

Он ответил тихим смешком.

— С тобой все нормально, Поппинс?

— Нет. Очевидно, что никогда и не будет. – Разве он не присутствовал, когда всего мгновение назад я уничтожила свою репутацию и карьеру? – Я выставила себя полной дурой. Надо просто вернуться в Англию и сменить имя. – Я закрыла лицо ладонями.

— Не прокатит. – Он толкнул меня под ребро. – Ты должна за меня выйти.

— У тебя будет предостаточно подходящих женщин, из которых ты сможешь выбрать, – сказала я, осознав, что, наверное, права. Он красивый, общительный и источает энергетику обладателя большого члена. Не все желали выйти за ходячий кошелек.

— Но я не хочу подходящую. Я хочу взбалмошную, которая кричит на свою начальницу, ламинирует разные документы и расставляет заправки для салата по дате, проценту жирности и ингредиентам.

Ну простите, что не хочу есть греческий салат с соусом из голубого сыра. Не все процветают в хаосе.

— Между безумием и гениальностью тонкая грань, – чопорно напомнила я.

— И ты балансируешь на ней, как бывалая стриптизерша. – Его голубые глаза заискрились озорством.

— Все наверняка считают меня сумасшедшей. – Я почувствовала, как задрожали губы, и поняла, что вот-вот расплачусь. Сильнее всего расстраивало, что меня утешал любовник моей начальницы. Никто не обещал мне, что после он не поедет к ней и не расскажет об этой жалкой сцене.

— А тебя волнует общественное мнение, потому что… – Риггс приподнял бровь.

— Положение в обществе – это власть.

— Наплевать на то, что думают люди – вот власть, – поправил он, постучав меня по носу, будто я очаровательный олененок. – И сейчас ты предпочитаешь быть бессильной. Исправь это, Поппинс.

— Я все равно хочу сбежать и сменить имя.

Он почесал подбородок.

— Как насчет Дезире?

Риггс уже второй раз упомянул это имя.

— Да зачем мне вообще…

— Я случайно перепутал твое имя в присутствии босса.

— Ну ты и хам, – ахнула я. – Мы живем вместе уже…

— Расслабься, это было до того, как мы съехались. – Он небрежно отмахнулся. – Теперь все иначе. Я знаю о тебе все.

— Неправда.

— А ты проверь.

В любой другой ситуации я бы отказалась. Но альтернативный вариант – рыдать в коробку конфет, сидя на лестнице возле прежнего места работы, а мне хотелось поскорее исчерпать свою норму стыда на ближайшее десятилетие.

— Мое полное имя? – язвительно спросила я.

— Дафна Хелен Мэри Маркэм.

— Ладно. Оно написано на моем абонементе в спортзал, что на холодильнике. Любимое печенье?

— Способствующее пищеварению.

Но это простой вопрос. Другого у меня в квартире не водилось.

— Моя причуда в одежде? – Я хотела узнать, заметил ли он, что я подбирала сумочки под цвет платьев.

— Ты не носишь нижнее белье. – Риггс расплылся в победоносной ухмылке. – Что лично я, кстати, одобряю.

— Эй, конечно, ношу! – Я хлопнула его по бедру. Ай. Он что, железный?

— Тогда почему его никогда нет в стиральной машине?