Книга Бесчувственный Казанова, страница 51 – Л. Дж. Шэн

— Что за кучка обманщиков. – Я закатила глаза, достала из кошелька маленькое зеркало и проверила, не смазалась ли помада. – Презенс, дочери Гретхен, уже девять.

— Она назвала своих дочерей Лирик и Презенс? – Риггс неприятно ухмыльнулся. – Не думал, что она настолько жестока. В общем, это чистая правда. Гретхен застала Джейсона и свою сестру в компрометирующем положении в тот же день, когда они вернулись из медового месяца. С тех пор их брак – одно название.

К моему стыду, эти омерзительные сведения принесли мне удовольствие. Гретхен всегда была в выигрышном положении. Я никогда не видела, чтобы с ней поступали подло.

— Так почему она не развелась с ним? – требовательно спросила я.

— Ты же сама только что сказала, что Презенс девять лет, скоро исполнится десять? – Он хитро приподнял бровь. – Посчитай, Поппинс.

— Перестань называть меня Поппинс.

— Перестань говорить, как она.

Его слова заставили меня замолчать на мгновение и переварить информацию. Выходя замуж за Джейсона, Гретхен уже была беременна. Логично. Она как раз из тех женщин, которые переходят к следующему завоеванию, едва отметят галочкой брак и детей в списке своих задач. А на том этапе – десять лет назад – ее больше волновало, как не потерять место в телесети, а не работа над браком.

— А когда ты появился на горизонте? – Я скрестила руки на груди.

— Примерно четыре года назад. – Риггс поправил на плече кожаный ремень своей сумки. – Мы оба освещали Олимпиаду в Греции.

— И кто к кому подкатил?

— Разве это важно?

— Ты прекрасно знаешь, что да.

— Влечение было обоюдным, – ответил он дипломатичным тоном.

— Кто сделал первый шаг? – не отставала я, вновь преисполнившись ярости в адрес Гретхен за то, что она клеилась к моему фиктивному жениху.

— Я, – ответил Риггс беззаботно. Неубедительно. – Что тут скажешь? Глядя на всех этих спортсменов на кардиотренировках, я и сам захотел позаниматься.

Я не поверила ему. Он прикрывал Гретхен. Я не могла его понять. Риггс обладал беспечной гедонистической аурой злодея и моральным кодексом героя.

— Ты ее любишь? – Я прищурилась, утопая в его глазах цвета океана.

Он запрокинул голову и от души расхохотался.

— Я не способен на это чувство, так что не беспокойся о том, что твой будущий муж будет сохнуть по другой.

К платформе подошел поезд, и мы с Риггсом зашли в вагон. И поскольку в час пик он был переполнен, нам пришлось прижаться друг к другу у пластиковой перегородки, а Риггсу нависнуть надо мной. Он прислонился грудью к моей груди. От него пахло свежестью и чистым воздухом.

— Даже если у Джейсона и Гретхен все только «на словах», – сказала я, пальцами изобразив кавычки, и схватилась за перекладину, – вы с ней поступаете аморально.

— Почему? – Риггс говорил мне в макушку, развевая мои волосы теплым дыханием с запахом корицы. – Что это за двойные стандарты? Мужчинам всегда должны прощать постоянные измены, а женщины обязаны служить образцом морали. Ты на такое согласна?

Я скривила лицо от отвращения.

— То, что Джейсон – мерзавец…

— Не значит, что и Гретхен должна такой быть? – закончил Риггс за меня, выгнув бровь. – Она ответила на его неверность тем же. Око за око, наслаждение за наслаждением.

— Почти уверена, что в Библии сказано иначе.

— А ты читала новое издание? – с вызовом спросил он, насмешливо ухмыляясь. – Гораздо более подробное. Очень советую.