Книга Год моего рабства, страница 131 – Лика Семенова

Я вновь заглянула в невыразительные глаза. Его веки дрогнули, губы напряженно сжались. Имперец схватил меня за шею, вынуждая склониться, прошипел у самого уха:

— Уходи, другого шанса не будет. Иди же! И прячься. Подальше отсюда…

Он разжал пальцы и вновь оглушительно щелкнул хлыстом, указал кивком на контейнер:

— Шевелись, ленивая дрянь!

Я, словно под гипнозом, подошла к контейнеру с битым стеклом, ухватилась за ручки и с трудом подняла. Вновь посмотрела на имперца, будто прощалась, и шагнула за границу шлюза на каменный пандус. В черную ветреную ночь.

Я шла, будто в бреду. В неверии и таком сковывающем страхе, что не видела ничего перед глазами. Лишь чувствовала, как холодные порывы ветра швыряют в лицо мелкую, как пудра, пыль. Я прошла по мостку, спустилась на несколько ступеней и робко шагала дальше, вцепившись в ручки контейнера. Не верила. Все еще не верила. Тяжесть ноши до ломоты скрутила мышцы на руках, до судороги. Я понятия не имела, где здесь мусороприемник, да он меня и не интересовал. Все это было слишком просто, слишком легко и гладко. Слишком хорошо для моей реальности.

Я обернулась, холодея от страха. Неумолимо казалось, что за спиной увижу лигура. Будто чувствовала его скребущий взгляд. Он настигнет черной тенью, и все потеряет смысл. Но увидела лишь световое пятно шлюза и мутные забликованные силуэты стоящих спиной вальдорцев.

Я, наконец, будто очнулась. С трудом опустила на край узкой дорожки контейнер, чувствуя, как в натруженных мышцах разливается новая мучительная ломота. Снова оглянулась и припустила в темноту, не разбирая дороги, думая лишь о том, чтобы не упасть. Впрочем, дорога была только одна — по пологому каменному пандусу вдоль сетчатого забора, отделявшего полосу соседнего шлюза. Остановилась перевести дыхание, наконец, бегло осмотрелась. Внизу царила кромешная темнота, выше, в отдалении, все еще светился шлюз, а над головой все взрывалось огнями. Мелькали корветы, открывались и закрывались порты, будто подмигивали глаза уродливого великана.

Я тут же пожалела о том, что смотрела на огни. Теперь здесь, внизу, все казалось непроглядной тьмой. Теперь я думала лишь о том, что надо уйти как можно дальше от Кольер, забиться в такую щель, в которой меня не найдут. А потом добраться до дома. Но я совсем не знала предел Каменного города. Район с дурной репутацией из-за Кольер и обилия борделей. Честным имперцам тут и делать нечего. А если и есть чего, то предпочитают пользоваться лабиринтами торговых галерей. Чтобы никто не знал.

Наконец, каменный пандус закончился, позади осталась сигнальная дорожка. Теперь под ногами пружинила сухая почва. Огни города далеко наверху отбрасывали сюда едва уловимые отсветы. Я побежала направо, потому что там было чернее всего. В голове билась лишь одна мысль — бежать, как можно быстрее. Но я уже выбивалась из сил. Страх измотал меня, мучительно хотела пить. Сердце колотилось в пугающем ритме, а ноги двигались недостаточно быстро. Сколько времени прошло?

Я порылась в кармане, вытащила навигатор в надежде свериться с таймером. За пределами Кольер нужда в приборе отпадала, но его все еще можно было использовать хотя бы как тусклый фонарик. Скупого рассеянного света должно хватить, чтобы хоть немного разобрать дорогу. Но навигатор не отзывался — лежал на ладони мертвой черной пластиной. Сдох… Даже удивительно, что сейчас, а не раньше. Если бы это случилось в тайных ходах… я бы пропала.