Книга Зимнее солнце, страница 34 – Бейза Аксой

Вернувшись домой, я первым делом приняла освежающий душ. Потом высушила волосы и быстро собрала чемодан. Октем дома не было. На кухне я обнаружила блинчики, которые она приготовила. Я их разогрела, смазала ореховой пастой и с удовольствием съела.

Как обычно, я оделась во все черное, лишь красная шапка выделялась в моем образе. На мне были облегающие брюки, ремень с массивной пряжкой, теплый свитер, приталенное теплое пальто и доходящие до колен сапоги на шнуровке. В мой чемодан вмещалось немного вещей, но я знала, что в деревне в Болу осталась моя старая одежда.

Лишь после трех мощных толчков дверь с трудом закрылась. Заперев ее на два замка, я спустилась по лестнице на первый этаж, вышла на тротуар и направилась к автобусной остановке. В сумке завибрировал телефон. По дороге в спортзал я выключила его, но, вернувшись домой, поставила на зарядку и снова включила.

Номер, высветившийся на экране, был знакомым – одним из тех, с которых мне назойливо звонили в течение последних недель. Отвечая на звонок, который я не задумываясь бы отклонила, если бы не события, произошедшие за час до этого, я уже подошла к автобусной остановке, которая в этот раз оказалась пустой и тихой из-за начавшегося сильного снегопада.

— Алло?

— Караджа, это я, Али Фуат, – сказал грубоватый голос. Я закрыла глаза и сделала глубокий вдох. – Ты посмотрела запись?

— Нет, еще не смотрела. У меня не было времени. Я боялась опоздать на автобус, потому что погодные условия стремительно ухудшаются и последующие рейсы могут отменить, что обрекло бы меня на одиночество в новогоднюю ночь.

— Ты поедешь в Кайрадаг?

— Вы в самом деле верите, что я поеду туда и привезу вам эту сволочь? В кафе вы производили впечатление адекватного человека, хотя я обратила внимание, что, когда речь зашла о поездке, из ваших слов полностью исчез здравый смысл.

— Караджа, это не игрушки. Если он не вернется в Стамбул, никто из нас никогда не узнает, что на самом деле произошло той ночью.

— Ладно, ладно, – сказала я, тяжело выдохнув. – Допустим, в ту ночь случилось что-то еще и дело не только в его кулаках. Допустим, он не убивал моего брата. Тогда вопрос: с чего вдруг вы так уверены в этом?

Из телефонной трубки послышался звук захлопывающейся двери: вероятно, он решил уединиться.

— Караджа, я разделяю твои сомнения и считаю, что твое скептическое отношение оправданно. Возможно, я кажусь тебе чокнутым стариком, рассказывающим небылицы о ситуации, которая, вероятно, представляется тебе очевидной, но мы находимся в разном положении. Мы смотрим на ситуацию с разных ракурсов. Я кручусь в самом центре этого водоворота, а ты даже с краю не стоишь. Вернее, не стояла до той ночи. Посмотри запись. И сама прими решение. В целом мне все равно, я буду продолжать заниматься своими делами и получать за это деньги. Я известный и востребованный тренер. А вот ты навсегда разрушишь свою жизнь и жизнь того парня и уже никогда не сможешь узнать правду о той ночи. Стоит ли игра свеч?

— Это не я разрушаю его жизнь! – крикнула я в телефонную трубку, когда во мне вскипела ярость. – Он сам разрушил свою жизнь!

— Рано говорить об этом. Мы еще ничего не знаем.

— Почему я должна поехать и привезти его для вас?

— Потому что он единственный, кто может рассказать тебе правду.