Книга Сладкая месть под Рождество, страница 41 – Морган Элизабет

— Я бы взял тебя с собой, детка, – говорю я, вдыхая ее запах – сладкий и цветочный. – Если у нас все сложится хорошо, то пойдем вместе. Для меня будет честью войти с тобой под руку в комнату, полную людей, с которыми, будь моя воля, я бы не стал проводить лишнее время. Было бы приятно увидеть, как их взгляды устремятся на тебя, и почувствовать их зависть. Увидеть, как они хотят то, что принадлежит мне.

В ее взгляде смешивается радость и отчаяние, как будто ей нравится то, что я говорю, но это значит для нее больше, чем должны такие простые и очевидные слова. И, боже, я хочу знать, из-за кого она могла почувствовать подобное.

Какой мерзавец, увидев эту прекрасную женщину, решил, что он ее не хочет?

Я чувствую желание спросить это.

Но вместо этого я опускаю подбородок, касаюсь ее лба своим и вдыхаю ее запах.

— Ты не против, если я тебя поцелую, Эбигейл? – спрашиваю я едва слышным шепотом, а в одном из многолюдных кварталов Нью-Йорка невозможно расслышать слова, если они сказаны так тихо.

Их должны поглотить шум и суета города.

Но она слышит.

Я это понимаю, потому что она приоткрывает рот, прикрывает веки, кладет одну ладонь мне на грудь и кивает.

И затем я беру все в свои руки, как делал это годами, когда искал желаемое и добивался его. Я целую Эбигейл Келлер прямо здесь, напротив Рокфеллеровского центра, и все вокруг замедляется.

На вкус она как смесь горячего шоколада и кокосового блеска для губ. И на ней это сочетание кажется гармоничным, а мне становится интересно, не в этом ли вся она – странный микс противоположностей, которые каким-то странным образом сочетаются, просто потому что это Эбигейл.

Она прижимается губами ко мне, и мы стоим так несколько долгих мгновений, наслаждаясь незамысловатостью первого поцелуя, а потом я рукой притягиваю ее подбородок, высовываю язык и касаюсь им ее губ.

Она впускает меня.

Я делаю шаг вперед, прижимаю ее к стеклу и прислоняюсь к ней, восхищаясь тем, как идеально подходят друг другу наши тела, хотя она на целый фут ниже меня.

Она проводит рукой вверх и хватает меня за волосы, прижимая к себе, и я издаю стон, не отрываясь от ее губ.

Я хочу ее.

Я хочу все, что связано с ней, и все, что она может дать.

Я хочу эту женщину больше, чем хотел что-либо уже очень давно.

— Снимите номер! – выкрикивает случайный прохожий, и, хотя это портит идеальный момент, я не выпускаю ее из объятий, а только поднимаю руку, чтобы показать средний палец грубияну, который не достоин даже моего взгляда.

— Нам нужно, – говорю я шепотом возле ее губ. Она хмурит брови, и между ними появляется маленькая морщинка. Я целую ее туда, а потом уточняю: – Снять номер.

Я снова касаюсь ее губ своими, на этот раз нежно. Эбигейл сильнее сжимает мои волосы, чтобы я не отстранялся, и мне не кажется, что она это делает нарочно. Скорее инстинктивно. Но я отодвигаюсь.

— Поехали ко мне, – говорю я, сомневаясь, что она даст положительный ответ. – Не обязательно ради чего-то, просто на улице холодно, а мне не хочется, чтобы это свидание заканчивалось.

Она мило улыбается, но есть в этой улыбке что-то дьявольское. Жажда.

— Хотя я буду счастлив сделать что пожелаешь, мисс Келлер, – говорю я более грубым голосом.

— Хорошо, – отвечает она с лукавой улыбкой, и я понимаю, что она разделяет мои чувства.