Книга Жестокое лето, страница 102 – Морган Элизабет

Эбби какое-то время молчит, а потом поднимает на меня глаза и улыбается.

Почему бы это?

— Знаешь, а он хорошо на тебя влияет.

— Что?

— Зак хорошо на тебя влияет.

— Эбби, давай не сейчас…

— Да-да. Просто для протокола, мне он нравится. Еще месяц назад ты в жизни не стала бы пытаться защитить какую-то девчонку, которая тебе вредила. А теперь ты встречаешься с Заком и… – она умолкает, но я и так знаю, к чему она клонит.

— Я не встречаюсь с Заком…

— Кам, нет времени спорить о терминологии. Нам еще репутацию спасать и завоевывать союзницу.

— Союзницу? – переспрашиваю я и иду за Эбби.

Она же, решительно стуча каблучками, направляется к двери.

— Этих змеюк пора поставить на место, и я думаю, она нам в этом отлично поможет.

И пускай вечер явно не задался, я улыбаюсь, потому что, когда Эбигейл Келлер включается в режим мести, передо мной предстает любимая версия моей подруги.

Знаешь, что сказал слон, наступив на колобка?

Что?

Блин!

Шутки явно не твоей конек.

Знаю. Просто хочу, чтобы ты не злился. Извини, что предупреждаю в последний момент, но мы с Лив и Эбби решили устроить девичник у Эбби в квартире.

Девичник?

Ну, развеяться после рабочего вечера, выпить, поесть всякой вредной еды, посплетничать.

С моей дочкой?

С моей стажеркой и подругой, мистер Андерсон.

Ты злишься? Я помню, что мы собирались остаться у тебя…

Я тебе постоянно твержу, как переживаю, что у дочери нет друзей, а ты думаешь, я буду злиться из-за того, что вы вместе проводите время?

Ну мы же договорились.

Значит, передоговоримся. Хорошо вам с Ливи повеселиться, детка.

Я буду по тебе скучать.

Завтра я в отместку часами буду целовать твою киску.

Оливия просыпается в огромной кровати в апартаментах Дэмиена в «Приморском клубе», и я сразу вспоминаю, как всего два месяца назад мы с Кэт и Эбби валялись тут с похмельем.

Только сейчас у меня похмелья нет. Я, вся потная, сижу на диване и жду, когда она вернется в мир живых.

Всю ночь я просидела здесь, беспокоясь, что Оливию начнет тошнить, что она испугается, придя в себя в незнакомой постели. Когда мы с Эбби нашли ее, она была еще пьянее, чем час назад, и близнецы явно не собирались ее останавливать.

Пришлось вчера прокатить Зака, чтобы умыкнуть Оливию с вечеринки и проследить за ней. По плану я должна была прийти в «Рыбалку», а я наврала, что у нас с его доченькой девичник.

Видимо, когда мы, наконец, встретимся, мне придется долго объясняться.

Скорее всего, так и будет.

Вдруг Оливия решит не поддерживать мою ложь?

А это очень вероятно.

Но как-то раз в момент откровенности она призналась, что не хочет, чтобы отец плохо о ней думал, и я это запомнила.

А еще, как Зак говорил, что его бесит, как Оливия ведет себя в «Приморском клубе», и что это всю жизнь портит его отношения с дочерью.

Еще Оливия призналась, что подыгрывает близнецам, чтобы те ей не вредили, чтобы мать благополучно вышла замуж, уехала в закат и оставила ее в покое.

А вчера, пьяная, она попросила ничего не рассказывать отцу.

Вот почему всю ночь я не пила, боролась с паникой и адреналином, прикидывала варианты и смотрела, как Оливия ворочается во сне. Но вот, наконец, она просыпается с громким стоном.

— Боже, – откинув голову, бормочет она, не открывая глаз.

— Все в порядке? – спрашиваю я, и она мгновенно открывает глаза. – Черт, я не хотела тебя пугать.