Книга Падение Брэдли Рида, страница 27 – Морган Элизабет

— Все было… здорово. Они все очень милые.

— Милые, как библиотекарши, или милые, как Эбби? – Иногда у Ками вырываются максимально рандомные, дикие сравнения.

— Эээ, а в чем разница?

— Эбби – психопатка.

— А, ну тогда, наверное, библиотекарши? – Определенно библиотекарши, особенно Крисси. Пока я предлагала спланировать какую-нибудь месть в стиле Кэрри Андервуд^[5], она хотела написать письмо с резкими формулировками. Одна только эта идея заставляет меня улыбаться.

— Наверное, это к лучшему. Итак, что они делают? – Я на мгновение задумываюсь над ее вопросом, потому что не совсем уверена, как объяснить, что такое Клуб брошенных невест.

— Если честно, я сама до сих пор не очень понимаю, но кажется, они просто… встречаются и разговаривают.

— Разговаривают, – голос Ками звучит скептически. Я пожимаю плечами, несмотря на то что она меня не видит.

— Ну да.

— И как, они… сильно зациклены на своих бывших? – Я качаю головой, хотя, опять же, она этого не видит.

— Я послушала некоторые из их историй. Похоже, что это действительно просто группа подруг, у которых случайно оказался общий опыт. Они говорят об этом, потому что… этот опыт довольно уникальный. Другие не могут по-настоящему это понять.

— О, это…

— Не то, что ты ожидала?

— Ну да. Вроде того.

Не знаю, почему я чувствую, что мне не стоит рассказывать Ками о своем откровении в необходимости расквитаться с бывшим, о том, как я убедила целую комнату женщин с эмоциональным багажом, достаточным для того, чтобы затопить сам «Титаник», написать список идей мести в попытке заставить всех чувствовать себя лучше, но именно так я и поступаю.

Ладно, это ложь. Я прекрасно знаю, почему я не говорю об этом Ками.

Потому что она бы точно не одобрила. Она бы отмахнулась и сказала, что это нездоровый способ справляться с проблемами.

По мне, так она просто хренова лицемерка, но неважно.

Она сейчас в своей эре исцеленной девушки, и я рада за нее. Просто лично я сейчас нахожусь далеко не там, а, скорее, в своей эре Reputation^[6].

А учитывая, что идея мести Брэдли Риду – единственное, что удерживает хрупкие осколки моей психики вместе, я не хочу, чтобы она разрушила мой план.

Голос Ками прерывает мой поток мыслей, наконец-то спрашивая то, что, как я знаю, ей до смерти хотелось узнать с того момента, как я ответила на звонок.

Это был звонок не для того, чтобы спросить о моей группе поддержки, – не совсем.

Разумеется, она хотела знать, но…

— Ладно, а как ты на самом деле? – спрашивает она, и, хотя от этого вопроса у меня скручивает в животе, я улыбаюсь.

— Я в порядке, – настаиваю я.

— Оливия. Тебе не нужно играть со мной в эту игру. Не прошло и недели. Тебе позволено чувствовать… грусть. Скорбь. Да что угодно. Если ты хочешь бушевать и швыряться дерьмом, это тоже будет абсолютно приемлемо. Я знаю, что это не в твоем стиле, но…

Я не говорю ей, что только вчера утром я чувствовала это облако грусти и скорби, как будто я все сама испортила, что это я как-то облажалась. Что поведение Брэдли можно было оправдать, а я просто пока не могла понять почему.

Но это облако рассеялось.

Теперь я похоронила всю боль и печаль под толстым слоем гнева.

Мстительности.

Не злись, а взыщи расплату – вот мой новый девиз.

Она бы, наверное, поняла, учитывая ее собственную историю, но сейчас она стала другой.