Книга Падение Брэдли Рида, страница 30 – Морган Элизабет

А его невеста, Оливия Андерсон, которая, насколько я могу судить, не только полностью невиновна, но и совершенно не в курсе его плана, приняла бы на себя основную тяжесть удара.

И поэтому я изо дня в день наблюдаю за ними, стараясь сделать так, чтобы ни один из них не сбежал из страны, и пытаясь найти неопровержимые доказательства, чтобы раз и навсегда пригвоздить Рида.

Я не могу дождаться окончания этого дела, потому что наблюдать за этим избалованным богатым отродьем каждый божий день порой скучнее, чем смотреть, как сохнет краска. В последние дни все ее социальное взаимодействие и текстовые сообщения – это в основном друзья, проверяющие ее, чтобы убедиться, что у нее не случился психический срыв, и работа.

А работа у нее – это гребаное планирование вечеринок.

Наблюдение стало немного поинтереснее через пару дней после того, как Рид бросил ее всего за несколько минут до их свадебной церемонии. Она стала искать различные формы мести своему дерьмовому бывшему, но на этом оно все и закончилось, прежде чем она вновь с головой окунулась в работу.

Она даже практически не выходила из своего таунхауса в Хадсон-Сити.

У меня есть теория, почему Рид бросил ее, – та, которой я ни с кем не делился и которую я не смог так или иначе подтвердить.

— Пока нет, – говорю я, не отрывая глаз от монитора. На экране ничего нет, но если я буду выглядеть занятым, то, возможно…

— Запомни, Валенти. От этого дела зависит, получишь ли ты или Эндрюс повышение в январе.

Как будто я, черт возьми, об этом не в курсе.

Как будто это не единственное, на чем я мог сосредоточиться последние полгода.

— Понял.

— Я хочу, чтобы ко Дню благодарения моя рожа была на всех новостных каналах по всем трем штатам. Мне плевать, на кого мы повесим это дерьмо, на Рида, на одного из его закадычных друзей или на девчонку. Американский народ заслуживает иметь человека, которого можно привлечь к ответственности.

Боже, какой же он жалкий ублюдок.

Я выбрал эту профессию, потому что люблю компьютеры и мне нравится идея использовать эти знания, чтобы помочь другим. Мне нравится начинать с поверхностного уровня и узнавать о человеке все до мельчайших подробностей: от времени его рождения до того, что он ел на завтрак, и до того, какое приложение он прокручивает, пока сидит на унитазе.

Но все это – бюрократию, внутреннюю политику, людское эго – я чертовски ненавижу.

И Питерсона.

Его я ненавижу больше всех.

Потому что он притворяется, что служит ради американского народа. И ради справедливости.

Но он делает это ради собственных острых ощущений, ради чувства власти.

Оливия Андерсон, может быть, и пустоголовая избалованная девчонка, но она невиновна в краже миллионов у невинных людей. Она виновна лишь в том, что была слишком тупой, чтобы догадаться, чем занимается ее теперь уже бывший парень. А это не преступление.

— Это не Андерсон.

— У тебя есть доказательства?

— Пока нет, но…

— Ее имя стоит на всех документах. Ее подпись – на банковских выписках. Пока у тебя нет конкретных доказательств, что это не она, или пока Рид самолично не признает, что она была лишь пешкой, все расследование указывает на нее.

— Разве наша работа не заключается в том, чтобы защищать невиновных? – спрашиваю я, глядя на пятно от джема на его рубашке.