Книга Фредерик, страница 211 – Алиса Бастиан

От возмущения Фредерик даже не почувствовал боли, приподнявшись на больничном матрасе на локтях.

— Ты рылась в моей почте?

Не я, а санитар Х.

— Да, — ответила ты.

— Молодец!

— Сколько ты собирался пугать нас этим? — не удержалась ты. Ты была в аду каждую минуту этого ожидания, он не мог не знать.

— Тебя.

— Что?

— Тебя, а не вас. На него мне наплевать.

Заткнись.Фредерик вовсе не собирался с тобой откровенничать.

— Так сколько? — твой голос повысился, выдавая теперь уже твоёвозмущение.

Тебе ли возмущаться!

— Как можно дольше, — резко ответил Фредерик.

Ты помолчала, подбирая слова. Тебе хотелось знать, будет ли он подавать повторный запрос, но сейчас спрашивать об этом было неуместно. Просто чудо, что он вообще с тобой разговаривает. Пусть даже так. Но слов можно было не искать.

— Уходи, — сказал он так устало, что ты пожалела о своём приходе.

Наверное, он прав. Лучше будет уйти. И всё же ты медлила, и он полностью повернулся к стене, чтобы тебя не видеть. И повторил:

— Пожалуйста,уйди.

Поправляйся, хотела сказать ты, но не смогла. Он прогнал тебя, и ты подчинилась. Ты видела, что твоё присутствие тяжело ему даётся. Как будто бы тебе оно давалось легче.

Когда ты ушла, тихо закрыв за собой дверь, Фредерик подумал, что никогда больше не сможет работать в лечебнице. Он сам попадёт в психушку. Не в свою, конечно, он всё-таки не преступник. В какую-нибудь захудалую, с облезлыми обоями в цветочек в зоне отдыха и треснувшим кафелем в туалетах. Ты сводила его с ума. Ты и его прошлое. Ты и его будущее. Он мало думал и том, и о другом, но с твоим приходом лавина ненужных мыслей начала схождение, и её было уже не остановить. Фредерик проклинал день, когда твой психопат сдался и попал в его поле зрения. Он — и ты.

Бахилы шуршали по линолеуму, пока ты шла к лифту. Дверь в одну из палат была открыта, у постели больного сидело несколько человек, они смеялись. С каждым шагом ты всё больше чувствовала, что всё это неправильно. Неправильно было всё, что ты сделала с Фредериком. Всё, что ты чувствуешь.

И то, что ты его послушала.

— Зачем ты вернулась? — вырвалось у него с таким отчаянием, что вам обоим стало неловко.

На этот раз ты не стучала, просто вошла в палату и застала его в таком разбитом состоянии, что почувствовала ком в горле.

— Прости меня, — сказала ты, садясь на стул около кровати. — Прости. Мне так жаль.

Да ты издеваешься.

Внезапно ты взяла его за руку, легонько сжала её. Он почувствовал, что ты говоришь искренне. Что ты — это ты.Как тогда, на Рождество. Или на вечере Ассоциации. Или когда вы смотрели передачу про подводный мир, ели чёртовы пироги и смеялись при свечах. Или когда ты хвалила его статьи и защищала от нападок доктора И. Он знал, что не всё было ложью. И что ты вряд ли сама отдавала себе в этом отчёт.

Но как он мог снова тебе поверить?

Он не сжал твоей руки в ответ, отвернулся, не в силах смотреть на тебя. Прошла бесконечная минута, но ничего не изменилось. Наверное, тебе не стоило возвращаться. Тебе стоило поехать в лечебницу, к своему преступнику и санитару Х. Твоё место там, а не рядом с тем, кого ты предала.

— Мне правда уйти? — спросила ты, видя, что он совсем закрылся.

Фредерик по-прежнему изучал каждую трещину на стене.

Ты убрала руку и встала, понимая, как глупо было на что-то надеяться.