Книга Она и зверь. Том 3, страница 77 – Maginot

Бес широко распахнула глаза.

Исида замолчала, пытаясь отдышаться. Грудь вздымалась тяжело, в висках стучало. Воздух застрял где-то в горле.

И тогда Бес улыбнулась. Слабо. Призрачно.

– Если пройти двадцать кругов, – произнесла она тихо, словно делясь важным секретом, – солнце садится. Значит, прошел еще один день, сестрица.

Исида потеряла дар речи.

Бес и прежде была никому не нужна – дитя без любви, без чьей-либо заботы. Теперь же, когда мать и брат исчезли, словно их никогда не было, что ей оставалось? Брошенная принцесса в глазах служанок – пустое место. Они, должно быть, не скрывали презрения.

Исида молчала – долго, мучительно долго. В ее кулаках, сжатых до боли, копилась бессильная ярость. Наконец она судорожно провела ладонями по лицу, но уже через мгновение взяла себя в руки и резко обернулась, будто приняла решение.

– Пошли со мной.

– Прошу прощения?..

– Не знаешь, куда себя деть, – приходи. Буду поить тебя чаем, пока не захлебнешься.

Так блуждания Бес превратились в тихие встречи за чайным столом Исиды.

* * *

Дни Исиды были расписаны до минуты, но вечера она упрямо отдавала младшей сестре – словно защищая последнее, что у той осталось.

Служанки Исиды провожали странную гостью взглядами, полными плохо скрываемого презрения. Принцесса, о которой все забыли, стояла на ступень ниже дочерей влиятельных семейств. Благородные девицы кипели от возмущения: «какая-то Бес» посмела занять место рядом с той, чьей благосклонности они так жаждали.

Злоба их больше не пряталась за учтивыми улыбками. Постоянные «случайные» оплошности, едва прикрытые издевательства – все это обрушивалось на Бес день за днем, пока она не начала сжиматься, словно пытаясь стать невидимой.

Но травили Бес не только они.

Исида была любимицей императора. Фракция императрицы не сомневалась: эта умная, острая на язык принцесса станет надежной опорой для Примо. И вот вместо того, чтобы корпеть над науками, она тратит драгоценное время на чай с никчемной сестрой. Это было непростительно. Это раздражало всех.

Однажды Бес понуро спросила:

– А мне… и вправду можно здесь находиться?

Исида приподняла бровь. Похоже, слухи добрались и до сестры.

Бес методично, почти механически принялась перечислять все причины, по которым она недостойна быть рядом с Исидой. Список тянулся и тянулся, пока горло не превратилось в пересохшую пустыню. Она залпом осушила чашку и чуть не поперхнулась.

Исида откинулась в кресле и негромко фыркнула – звук вышел горьким:

– Бес, ты правда думаешь, что между нами такая пропасть?

– Ну… не могу сказать, что нет…

– Тогда ты ошибаешься. – Исида посмотрела прямо на нее. – Наше положение одинаково. Дворец крутится вокруг тех, кто может занять трон. Мы с тобой – просто тени на обочине.

– Не понимаю… – Бес растерянно моргнула. – Но ведь у тебя комната раз в пять больше моей.

Неоспоримый факт. Крыть было нечем.

Исида поджала губы: слишком сложно для ребенка. Бес младше всего на два года, но сейчас, когда самой Исиде только-только исполнилось семнадцать, эти два года ощущались как целая жизнь.

Пришлось сменить подход. Исида выпрямилась и произнесла с нарочитым высокомерием:

– Знаешь, почему тебе вообще разрешают пить со мной чай?

– Почему?

– Потому что у тебя нет союзников, глупышка. Ты не опасна.