Книга Она и зверь. Том 3, страница 132 – Maginot

Генри схватился за голову и затопал ногами, как безумный:

– Аргх! Неужели я… я… это… А-а-а! – Он закрыл лицо руками и глубоко вздохнул.

Грудь его бурно вздымалась.

Наконец, немного успокоившись, насколько это вообще возможно после публичной экзекуции, Генри хрипло спросил:

– Все слышала?

– А? Д-да… – От столь внезапной перемены Джесси растерялась и запнулась.

Генри громко застонал с крайне страдальческим выражением лица. Виновница все видела и слышала, теперь уже ничего не попишешь.

– Слово не воробей, – процедил он с видом человека, для которого это признание было равносильно смерти, если не хуже. – Сдавай рыцарский экзамен. Пройдешь – и допущу к вступительному.

– П-правда?..

– Глава! Что вы несете? – Один из оруженосцев за спиной Джесси влез в разговор.

Генри поморщился, как от зубной боли:

– Ничего не поделаешь… Стоп. А вы-то какого хрена в кучу собрались? – Его взгляд стал острым.

Те самые парни, что обычно только свистели Джесси вслед, теперь маячили у нее за спиной. Подозрительно.

Оруженосцы замялись. Признаться, что всей оравой явились бить девчонку… ну уж нет, такое было слишком даже для их уровня стыда.

Взгляд Генри переместился на Джесси.

– Мы договорились о спарринге, – быстро ответила она.

– С кем?

– Со мной.

– Нет, с кем именно из этих?

– Со всеми.

После ее ответа Генри снова побагровел.

Теперь он точно не мог возразить Артуру с чистой совестью, что не поощрял издевательств по отношению к Джесси. Генри и правда упорно закрывал глаза на травлю. Не думал, конечно, что насмешки спровоцируют настоящую драку, но это не отменяло факта, что он все игнорировал.

И глупые сопляки еще называют себя будущими рыцарями? Он столько их пестовал, учил чести, а они всей оравой на одну девчонку? Генри от стыда готов был сквозь землю провалиться.

– Прости, – выдавил он, потирая лоб. – Я был неправ, когда делал вид, будто ничего не замечаю. А придурков я сам накажу. Можешь идти. – И рявкнул на оруженосцев: – Идиоты! Вам больше делать нечего? Не стыдно всей толпой на девчонку? Я вас разве такому учил, бездари? – Он украдкой покосился на Джесси, мол, ну хоть так-то нормально?

Но она не выглядела обрадованной. Да и вообще при виде ватаги парней, явившихся с ней драться, даже бровью не повела.

Джесси лишь слегка сощурилась.

И наконец твердо отрапортовала:

– Нет, глава. Спарринг предложила я.

– Что? Нет… все равно эти придурки не должны были соглашаться, – растерянно возразил Генри, озадаченный подобной реакцией.

Голос Джесси стал еще тверже:

– А почему они не должны были соглашаться?

У Генри на языке вертелось множество причин. Но ни одна не убедила бы Джесси.

Не дав ему выдумать оправдания, она выхватила меч из-за пояса:

– Не говорите, что разрешаете мне вступить в орден только из-за выходки господина Артура. Я сама докажу. Прямо сейчас. Докажу, почему достойна стать рыцарем. Кто первый?

* * *

– В столице все так роскошно, не правда ли?

Астина обернулась на звук знакомого голоса. Энсерин, подойдя ближе, протянула руку сидящей эрцгерцогине и с изящной грацией коснулась губами ее ладони, которую та любезно подала в ответ.

– Но мало что может сравниться по красоте с огненными волосами вашего высочества.

Жест этот был чисто мужским, однако в парадном мундире он удивительно шел Энсерин, подчеркивая ее уверенность и благородство.