Книга Ведунья, страница 2 – Инна Сирин

Но отец по натуре человек добрый, сразу купился на эти сладкие речи и не сомневался ни минуты. Нет, он любил всех своих дочерей, но ещё больше любил свой род и жаждал его продолжения в потомках.

Мама сказала, что для меня это хорошая партия: он богат, примет нашу фамилию, всем меня обеспечит. Я лишь должна подарить мужу наследника и он меня на руках будет носить. Она знала, что в моей новой семье есть только один сын и на нём род тоже прерывается. Но их титул ниже нашего, поэтому для них не зазорно принять чужое имя. Тем более ради продления рода. Обоих родов. Мне было обещано, что в супружеские отношения я вступлю лишь по достижении 16 лет, когда моё тело будет полностью готово к материнству. Будущего мужа это устроило и вот меня стали собирать в путь.

Я понятия не имела, откуда родители достали аж 7 сундуков с приданым. В силу относительной бедности мы с сёстрами не были избалованы вещами, платьями или украшениями. Так что на эти сундуки я глядела с благоговением. Мама сказала, что ещё пока были деньги, она специально припрятала приданое для каждой из нас, отец даже не был в курсе.

— Что ж, дитя моё, — мама ласково взяла моё лицо в тёплые ладони. —Спеши в новую жизнь и будь счастлива. Помни всё, чему я вас с сёстрами учила и много практикуйся. Тогда жизнь у тебя сложится хорошо.

Мама поцеловала меня в лоб и замерла в этом мгновении. А я расплакалась. Так не хотелось покидать привычные голые стены, любимых сестёр, с которыми я, скорее всего никогда больше не увижусь, свою кровать и игрушки. А ещё любимую кошку. Мне не разрешили взять её с собой.

Не хотелось лишаться теплых объятий матери, которых всегда было недостаточно, ведь мы делили их на шестерых, не считая отца. Мама старалась каждую одарить любовью одинаково и мы все это чувствовали. В этом был её материнский дар. А у каждой из нас был свой собственный.

Но об этом нельзя было говорить.

Никому.

Никогда.

* * *

Прибытие в мой новый дом я проспала. Уже во дворе замка пугливые крестьяне из под шляп и чепчиков поглядывали на меня, пытаясь понять, опасный ли я зверёк. А я с опаской оглядывала их. В доме моего отца не жили богато и предполагалось, что мой супруг богаче меня. Однако по первому впечатлению не скажешь. Во дворе грязь, по углам — испачканная навозом солома, одежда крестьян в латках и дырах. Туда ли меня привезли?

Но вот мой взгляд зацепился за седовласого длинноносого мужчину в богатом камзоле. Он улыбался, идя навстречу, сцепив руки за спиной. Следом за ним семенил мальчик лет пяти в не менее богатой одежде. Мои догадки, что это и есть лорд, подтвердились: крестьяне и слуги кланялись ему. За этого старика выдали одиннадцатилетнюю девочку? В ужасе я во все глаза уставилась на него и сквозь шум в ушах едва расслышала, как он сказал:

— Ну вот и приехала твоя невеста, сынок.

Ах вот оно что! Мой жених — этот пятилетний мальчик? Что ж... Не так и страшно. Наверное. Теперь хотя бы понятно, почему жених согласился ждать моего шестнадцатилетия. Ему и самому не мешало подрасти.

Я немного ошиблась в возрасте своего жениха. Его звали Руфус и ему стукнуло уже 7, просто ростом не вышел. Осмотрев меня с ног до головы, словно новую игрушку, он видимо решил, что я не составлю ему достойного партнёрства в развлечениях, и потерял интерес. Будущий свёкр тоже скривился. Видать нескладная девочка с рыжими кудрями не особо его впечатлила.