Книга Код Кентавра, страница 12 – Даниэль Кирштейн

Он сделал шаг вперед, протягивая к ней руку с зажатым в ней небольшим цилиндрическим устройством, похожим на толстую ручку. Лина инстинктивно отшатнулась.

— Не трогайте меня! — выкрикнула она. — Я не она!

Мужчина остановился. Он что-то сказал — на этот раз тон был не вопросительным, а скорее приказным, успокаивающим. Словно он говорил с испуганным животным. Он снова медленно протянул руку с устройством. Лина смотрела то на него, то на бесстрастное лицо мужчины. Бежать было некуда. Сопротивляться — бесполезно. Она зажмурилась, ожидая укола, боли, чего угодно.

Но ничего не произошло. Он просто поднес цилиндр к ее виску, не касаясь кожи. Раздался тихий щелчок и короткий звуковой сигнал. Мужчина отстранил руку и посмотрел на маленький экранчик на торцецилиндра. Затем перевел взгляд на свой большой планшет. Его брови слегка приподнялись. На долю секунды на его лице отразилось явное недоумение, почти шок. Он снова посмотрел на данные на планшете, потом на Лину, потом снова на планшет.

Он что-то быстро набрал на экране. Затем снова обратился к ней, но на этот раз язык был другим. Это был не ее родной язык, но он был… понятен. Словно переводчик заработал прямо у нее в голове, или он использовал какой-то универсальный код. Слова были немного механическими, с чужим акцентом, но смысл был ясен:

— Биометрическая идентификация подтверждена. Совпадение — 99.87 %. Генетический маркер — идентичен. Ритмы мозговых волн — аномальны, но в допустимых пределах после… инцидента. Кадет Каэла Рин, добро пожаловать обратно в Академию «Цитадель Кентавра». Мы уже не надеялись вас найти после вашего несанкционированного исчезновения три цикла назад. Ваше состояние будет оценено более тщательно, но первичные данные обнадёживают.

Лина слушала, и земля уходила у нее из-под ног. Слова бились о барабанные перепонки, но мозг отказывался их принимать. 99.87 %? Идентичный генетический маркер? Кадет Каэла Рин? Академия «Цитадель Кентавра»? Исчезновение? Это был какой-то чудовищный, абсурдный фарс. Они приняли ее за другую. За ту девушку с фото, с фиалковыми глазами. И их машины, их технологии подтверждали эту ошибку с почти стопроцентной точностью!

— Нет! — она почти закричала, отступая на шаг. — Это ошибка! Я не Каэла Рин! Я Лина! С Земли! Я никогда не была ни в какой академии! Я попала сюда случайно, через… через какую-то штуку! Артефакт! Сферу!

Мужчина выслушал ее тираду с тем же непроницаемым выражением лица. Он не перебивал, но и не выказывал ни малейшего сомнения в своих данных. Когда она замолчала, задыхаясь от возмущения и страха, он лишь слегка качнул головой.

— Ваши показатели свидетельствуют о серьезном шоке и возможной частичной амнезии, кадет Рин, — произнес он все тем же ровным, механическим голосом. — Это ожидаемо после пережитого вами. Все странные воспоминания или ложные идентичности будут рассмотрены медицинским персоналом во время полной реабилитационной диагностики. А пока, согласно протоколу возвращения, вы должны быть переведены из изолятора в стандартный медицинский блок для дальнейшего наблюдения. Прошуследовать за мной.

Он повернулся и направился к выходу, очевидно, ожидая, что она последует за ним без возражений.

Лина осталась стоять посреди комнаты, чувствуя, как ледяной ужас сковывает ее. Они ей не верят. Их машины говорят им, что она — эта Каэла Рин, пропавший кадет какой-то космической академии. Все ее протесты воспринимаются как симптомы травмы. Ее приняли за другую, и эта другая, похоже, была не просто студенткой, а кем-то, кто «несанкционированно исчез». Во что она влипла? И как, ради всего святого, их биометрия могла дать такое совпадение? Это было невозможно. Если только… если только это не было частью какой-то безумной, непостижимой случайности. Или чьего-то злого умысла.