Онлайн книга «Немного о потерянном времени»
|
Не напрасно. Мама хмыкнула, покрутила головой, фыркнула, а потом сказала вот совсем не то, что мы от нее ожидали: — О, ну, и хорошо, что хоть кто-то может вас повоспитывать. Я-то с Русом успеха в этом нелегком деле не имела, да и с тобой бабушка тоже не сладила, выходит. — Так, милая, дома про воспитательные провалы и успехи поговорим… — А, покажешь мне педагогику? — мама хихикнула, отец по-настоящему улыбнулся, да даже я поржал: батя, наконец-то начал понимать иносказательно намеки на мамины любимые фильмы, скоро, глядишь, и до книг дело дойдет. Ну, в итоге я провалялся еще три недели, а потом, после врачебной комиссии, был отпущен родителям на поруки. Но, откровенно, если бы не батины старые связи в армейке, хрен бы мне удалось из госпиталя свинтить так рано. Марку вот время пришло выписываться, а меня так и норовили еще подержать. Да на хрен все это. Шкура новая наросла вроде, руки-ноги шевелятся, башка как-то варит — пора и честь знать. Насколько я себя переоценили собственное состояние сильно приукрасил, стало понятно, когда меня с почестями водворили домой. Ну, есть повод гордиться, хотя откровенно — ну его на хрен. Из Москвы прилетел я спецбортом МЧС, не один, ясен пень, за компанию, по договоренности моего куратора и нач.курса. С аэродрома до дома пролетел в реанимобиле с мигалками. Всю жизнь мечтал с синими люстрами по городу промчаться. Да. Сопровождающая бригада скорой помощи проконтролировала, как меня дома утроили со всеми удобствами, оставили лекарства и назначения и свалили в закат. Я слегка задолбался да и перенервничал, конечно. Поэтому валялся в комнате своей тихо, впитывал атмосферу и дух дома, ну и в себя пытался худо-бедно прийти. А ближе к полуночи у меня образовался неожиданный гость. Судя по расширившимся глазам и разинутом рту, дома родители про меня говорили что-то явно другое. Никита уселся на стул у моей постели. Сначала молча разглядывал меня. И только когда я прикрыл глаза, ибо действие обезбола потихоньку заканчивалось, а пугать братишку жуткой перекошенной мордой я не хотел, заговорил: — Ты, бл*, теперь всегда так будешь? Ну, лежать типа? — Надеюсь, что скоро попустит немного, — ответил честно и глаза прикрыл. Как иначе скрыть восторг от активного словаря мелкого, я не знал. — Мама много плачет и ругает безголовых мужиков. Не понял, сука, кого, но она плохо спит и всегда грустная. Еще бы. Тут и так у них штормит, да еще и я со своими фортелями: — Поверь, мелкий, я не хотел. — Чего? — Расстраивать ее не хотел. — Ну, я тоже не хочу, бл*, но всегда расстраиваю, — о, как. Неожиданно. Может, все на так плохо, как родители думают? Словарный запас — дело поправимое. Но, если вспомнить мои первые годы с мамой, надо признать: — Сразу видно — родственные души мы с тобой. Хотим как лучше, а получается через жопу… — Родственники? Мы же с тобой не… — Нам, Никитос, с тобой дико повезло: нас с тобой мама нашла. А это значит, что раз родители общие, то и мы с тобой теперь друг другу братья. Хмурится, губу прикусил, затылок чешет: — В школе типа чё-то не то втирали… — Ты их там слушай больше, в смысле, погоди. Конечно, в школе дело, в основном, говорят, но верь ты бате с матерью. Я их знаю подольше и скажу тебе, что вот они, правда, отвечают за слова.А тебе вообще сказочно повезло… |