Книга Немного о потерянном времени, страница 108 – Дора Шабанн

Кивнул только и поспешил к своей Королеве, потому как Стапашкина инициатива меня, откровенно говоря, несколько зае*ала.

С хера ли он постоянно и демонстративно тянет свои лапы к моей жене?

На крыльце Марго со старшим выясняли, что и почему. Звезда моя, как всегда сначала обо всех думает. Ну, да ладно, о ней и ее комфорте я позабочусь. Тем более, здоровье мы ей основательно своими травмами подорвали, бл*. Три барана.

Притягиваю любимую в объятья, чувствую, как привычно расслабляется в руках. Как льнет. Доверяет.

Набью я чью-то наглую морду, вот сука, только до заладоберусь: форма моя сейчас ни к черту. Но это не значит, что я ему спущу эти поползновения просто так.

Нет.

Пора домой, там разберемся.

— Короче, родители, я несколько перебрал охренения сегодня, — Рус морщится.

Шагает к нам, целует мать. Хлопает меня по плечу:

— Впечатлений мне хватило, так что я к девочкам в больницу. Ночевать тоже у них буду, если не выпрут.

Сын с сияющими глазами коротко стукает кулаком о мой, автоматически сжавшийся в ответ, и отбывает к своимна нашем семейном Тигре.

Так, еще же надо адвоката им организовать для развода, бл*. Забыл.

Что же, теперь мой выход:

— Давай, Степан Тимофеевич, доставь в последний раз нас до дома, да разойдемся с миром.

Королева прячет лицо у меня на плече.

Я чувствую, как она тихо хихикает.

Нет, он ей не просто «никак», он ей активно не нравится. А то, что я сказал — радует.

Милая, прости, я же, как лучше хотел. А получилось сука, как всегда.

Ну, будем исправлять.

Демонстративно устраиваюсь на заднем сидении и сгребаю любимую в охапку. Она тихо и радостно мурлычет мне свои кафедральные новости, а я внимательно слежу за теперь уже, похоже, бывшим другом.

Степан Тимофеевич морду привычно держит кирпичом, но руки как сжались на баранке, так и не разжались. Вон, костяшки все аж побелели, как бы не свело лапы-то.

Дома мы не успеваем толком выйти из лифта, а в раскрытые объятья Марго уже влетает Ник. Научился у Руса караулить у окна, молодец. Чует.

Пока любимая супруга уходит привести себя в порядок да проведать младшего, приглашаю Степашку на кухню. На прощальный ужин бл*.

— Степ, расстаемся, в память о прошлых годах, мирно. Сегодня наши дороги расходятся. До скончания времен.

Открываю холодильник и спокойно поворачиваюсь спиной после того, как он устраивается за столом.

— Чего это? Ты себя видел? Тебе из зала пару месяцев не вылезать, пока форму вернешь. Старший Ритин тоже мимо: и не боец сейчас, да и башка его теперь другим занята. Думаешь, родня твоя успокоится?

Достаю контейнеры с пловом и салатом. Не зря с утра приготовил, как чувствовал, что весь день через одно место пойдет.

— Я свою жену от своей же родни сам в состоянии защитить, — холодно уведомляю.

Степа хмыкает:

— Допустим. Но ты не думал, что они кого-то пободрее тебя нанять могут.

— В смысле? — как-то чрезмерно дох*я для меня сегодня удивления.

Коньяка бы.

Но, увы, Марочка не одобрит. Режим же.

— Бл*, да ее же заказать проще, чем тебе мозги полоскать, — кривится Степан мать его Тимофеевич. — Нет человека — нет проблемы. А Дина тебя и с детьми от первой жены примет. Видел же — на все согласная.

Ставлю плов разогреваться. Со всей дури хлопаю дверцей духового шкафа.

Сам сколько раз ругал сыновей за несдержанность, объяснял, что предметы не виноваты.