Книга Измена. Яд твоей "любви", страница 149 – Дора Шабанн

Такой он, ну, занятный. Как кот на валерьянку вечно на нее смотрит.

Уже даже мелкая прочухала: когда мама рядом из папы можно вытрясти разрешение на что угодно.

Все равно не соображает ни хрена.

Вот бы он мне и правда тайну какую про бабушку открыл, а?

Сам тему понимаю, но пока к маме с этим не сунусь, хотя после похорон деда Севы мы хором упрашивали бабушку поехать с нами. Но нет же. И ведь до сих пор сопротивляется. И от дел уже отошла, холдинг сыну с внуками в надежные руки передала, а сама сейчас возглавляет маленькую фирмочку, ведущую для клиентов аутсорс-бухгалтерию. Не сидится ей спокойно.

Но у нас же есть «шило в ж… попе», так что ужчто-что, а веселье ей при переезде мы прямо гарантируем, да.

Да и жгут у нас не только мать с Клариссой.

Андрей вот с Вадимом, матушкиным аспирантом, открыли второй клуб, а на прошедшее Рождество чего-то их торкнуло: стали задумываться и обсуждать концепт для третьего.

Не скучно, короче.

Мне бы сейчас со своим, который мы на бокс и самооборону сориентировали, управиться, да к лету добить уже магистерскую, а там поспокойнее должно стать. Наверное.

То, что мать моя мастерски предсказывает будущее, в очередной раз убедился, когда бабка Зина (вот ведь все никак не уймется, старая ведьма), на майские снова названивала и требовала, чтобы мама помогла если не деньгами, то связями.

И кому?

Олегу Михайловичу и Лидии Аркадьевне. Они, видите ли, совместный бизнес открыли — агентство недвижимости: аренда, продажа… у мамы же остались в мэрии знакомства?

Мать так обалдела от этого нелепого подката, что чуть трубку не выронила. Ничего, я подхватил, вышел на балкон и очень доходчиво, да в подробностях, объяснил, куда и бабке, и моим недо-родителям стоит пойти со своими идеями, да.

Вроде замолкли.

По крайней мере, все лето было тихо.

И вот сейчас, ранней, теплой осенью, когда Кларе стукнуло три с половиной, и сестра пошла-таки в сад, я сам словил шикарный такой бумеранг от матушки:

— Кайл! Кайл! — радостно вереща, Ларчик неслась через всю детскую площадку.

Подхватил любимую хулиганку на руки, подбросил вверх, и она заливисто захохотала.

— Я знала, ты меня забеёс!

Слышно в ее исполнении всегда немножко нецензурное вместо «заберешь», но мы уже привыкли.

Целую хитрую мордочку и шепчу:

— Еще бы, ты же мне за неделю весь мозг выела.

Кларисса широко улыбается. Довольная такая интриганка.

А все потому, что один неосторожный идиот пообещал сводить крошку Клару покататься на аттракционах в Парке Победы, а она его за язык поймала и вот — дожала.

Ну и кто сам себе злобный космический пришелец?

То-то же.

— Пойдём, — вздыхаю, — паровозик ждет давно.

— И масынки?

— И машинки, — тут уже скриплю зубами, потому что детский тесный автодром, ну такое…

Но принцесса желает рулить, а свою тачку хоть и не жалко, но пока слишком уж рано — руль эта красотка вертит еще с трудом и в процессе страшно ругается, преимущественно словамииз моего лексикона. А я потом отхватываю «пендаль негодования» от матушки, да.

Подошел забрать у воспитательницы вещи и расписаться, что ребёнка по описи принял.

— Мой Кайл пиисол! — гордо сообщила сестра, а на меня посмотрела с огромным удивлением и недоверием их новая молодая воспиталка.

Вроде мать говорила, как ее зовут, но я, конечно, не запомнил.

— Я — старший брат Клары, Кирилл. Если что, у меня и нотариальная доверенность есть, — улыбнулся я на вопрос в глазах.

А мелкая, подпрыгивая рядом, добила:

— Мы — Кайл и Клая! Нет, каялы он не клал! Он — хаёсый!

Права мать, нам нужен логопед. Срочно. Зря Андрюха надеется, что обойдётся.

Не фиг ждать, звуки сами не встанут.

Или мне предлагается переживать это эпическое позорище каждый раз?

Хотя да и по хрен.

Я, наконец-то, спокоен и счастлив.

Мама цветет, окруженная заботой, вниманием и любовью. Занимается тем, что ей нравится: чуть преподает, чуть работает на Смольный, а в остальном: нас воспитывает и строит.

У нас с Андрюхой дел вагон, работа кипит, сеть клубов растет, а с ней и прибыль.

Так что, еще немного и я сам смогу купить себе такую же тачку, как мне Зарецкий на восемнадцатилетие подарил, только мне она никуда не уперлась.

Вместительный семейный внедорожник теперь моя машина.

А сам я — Азаров.

Кирилл Всеволодович, кстати.

А чего нет?

По мне, так очень достойно.