Книга Измена. Яд твоей "любви", страница 146 – Дора Шабанн

Я завозилась в его руках и потребовала свободы. А потом и вовсе уронила Андрея на постель боком, чтобы не повредить едва поджившую спину, устроилась рядом и под его обалдевшим, почерневшимвзглядом занялась тем, о чем мечтала слишком давно.

Тактильным исследованием.

Его всего.

Осторожно и нежно проводила кончиками пальцев по горячей коже, очерчивая мышцы. Касалась легкими поцелуями ключиц и доверчиво открытого горла. Запускала жаждущие руки в его отросшие волосы на затылке и слегка прихватывала голову ногтями. Спускалась поцелуями от груди к животу, абсолютно не скрывая своих порочных намерений.

Делала то, что должна была позволить себе после свадьбы, чтобы дать понять: это серьезно, это не фикция, ты важен для меня. Но тогда я струсила. Не поверила… и много потеряла.

Но сейчас, с каждым прикосновением, я словно бы встраивалась в жизнь того, кто был рядом, берег, заботился и все это время молча… любил.

Когда до меня дошла эта простая истина, я чуть не разрыдалась в голос. Идиотка, какая же я дура невероятная.

Столько лет упустила, трусиха.

А он же…

— Когда? — выдохнула, подняв на Андрея полные слез глаза.

— Сразу, — кривая ухмылка и горечь, промелькнувшая в его глазах, обожгли меня волной стыда и сожалений.

Уловив мой сменившийся настрой, он резко сел на постели, сгреб в охапку стыдящуюся меня и зашептал, водя носом по виску и целуя за ухом:

— Такая потерянная. Холодная. Гордая. Одинокая. Сильная. Никогда не встречал похожих. Но, кто я? Так, охрана Снежной Королевы. Только мечтал.

Его жаркий выдох в шею, обдал меня кипятком с головы до пят.

Всхлипнула, понимая, что потерянное время не вернуть, но можно же поговорить сейчас и начать иначе?

— И ты все это время?..

— Рад был, хотя бы жить рядом. А когда Кир придумал идею со свадьбой, чуть не сдох от счастья.

Выпрямилась в его руках, утерла слезы покрывалом и призналась:

— К тебе невероятно тянуло, но что я? Гораздо старше, дура редкостная, с ребенком и кучей работы. А ты — просто идеал: сильный, надежный, ответственный. Краси-и-ивый…

Засмеявшись надрывно, принялся целовать так, что звезды закружились хороводом, а дыхание перехватило.

— Люблю тебя. Только тебя, Норна моя. Судьба моя. Единственная. Все сделаю для тебя. Для вас. Только говори мне, говори, прошу. И будь со мной.

Это совершенно отдельное удовольствие: довериться и расслабиться. Наслаждаться и не тревожиться. Знать, что ты нужна, ценна и любима.

Непередаваемое ощущение.

Не объяснить словами, только пережить.

Я не буду жалеть, о прошедшем. Это был мой урок. Он позволил сейчас понять и ощутить, как это: когда любишь и любима. Когда чувства взаимны.

И все мои сегодняшние фейерверки были иными: острее, ярче, горячее.

Ближе к рассвету, заливаясь слезами счастья, которые улыбающийся Андрей стирал горячими пальцами со щек, как-то незаметно уплыла в сон. Счастливая и довольная.

А утро встретило меня не только нежными поцелуями, но и золотым кольцом на безымянном пальце правой руки, паспортом на прикроватной тумбочке и очень настороженным взглядом любимых глаз.

Сначала удивилась: с чего это?

Не сообразила спросонок, а потом, глядя на собственную фотографию в главном документе, удостоверяющем личность, рядом с надписью: Азарова Нонна Аркадьевна, как поняла…