Книга Измена. Яд твоей "любви", страница 141 – Дора Шабанн

В выходные, пока Андрей был в клубе, мы с Киром гуляли в парке, обсуждая прошедшую неделю, его будущую магистерскую, мои отеки и мигрени, что нужно будет купить еще для Фасольки и где мы будем ее рожать.

Было занятно.

Сын начитался всяких статей, ужаснулся и озаботился выбором роддома. Да так, что они с Андреем не только провели целое исследование и проконсультировались у всех, у кого смогли, но даже обсудили этот вопрос с моим врачом.

И в итоге я получила сюрприз:

— Мам, мы тут прикинули. Рожать будешь в «Десятке[1]», — уведомил меня мой сыночка-корзиночка однажды вечером.

Пока я приходила в себя от новости, Андрей протянул мне подписанный и оплаченный договор на платные партнерские роды.

— С ума сошел? Мне в процессе ещеи за тобой смотреть? — да не сдалась мне эта радость вообще.

Миллионы лет женщины как-то сами рожали, а у меня будут и врач, и акушерка. Вот только еще Андрея мне там не хватало для полного счастья.

— Нет, Снежинка. Рожаем вместе, — заявил этот упертый бара… индивид.

А потом, чтобы я сильно не выступала, подхватил на руки, отнес на диван, устроил в подушках, подал воды и сельдерей. Нынче дочь предпочитала этот недо-овощ, пере-фрукт, а на самом деле: «двухлетнее травянистое растение, листья и корень которого применяют в кулинарных целях при приготовлении различных блюд», вот.

Погрызая упругие, плотные, сочные зеленые стебли, я сменила гнев на милость:

— Хочешь рожать — пожалуйста, но предупреждаю сразу: мне там будет совершенно не до того, чтобы беспокоиться о твоей нежной и ранимой психике.

Андрей ухмыльнулся, уселся рядом, устроил меня у себя на коленях и шепнул:

— Я теперь навсегда с тобой. Куда ты, туда и я. Хоть в роддом.

— Смотри, ты сам это придумал, — улыбнулась, и, убедившись, что Кир колдует над овощами с курицей в духовке, поцеловала Андрея.

Сама. Доверяя и демонстрируя, как скучаю и люблю.

Он, конечно, не поверил и срочно решил убедиться, что это действительно так и ему не показалось.

Ну, и мы слегка увлеклись.

— Я, конечно, все понимаю, но вы бы о ребенке подумали. К чему детской психике такие волнения? И это, кушать подано, — пробубнил Кир, ставя на стол тарелки с горячим.

Пока Андрей перемещал нас за стол, я лишь смущенно хихикала, покраснев с головы до пят.

И в таком духе и стиле проходили мои счастливые дни.

Студенты мне попались понимающие, что от живого педагога в аудитории можно получить гораздо больше полезной информации, чем от тетеньки с экрана, поэтому вели себя прилично, внимали и не доставали. Вадик оказался милейшим мальчиком и радовал меня творческими успехами и научными изысканиями. Да, своим энтузиазмом раздражал Кира и бесил Андрея, но это детали.

В целом моя трудовая деятельность сейчас была источником положительных эмоций, любимые мальчики рядом изо всех сил старались облегчить нам с Фасолькой жизнь, поэтому я не жаловалась. Совсем, кажется.

Удивлялась только, наблюдая, как Андрей переносит розетки, чтобы мне было удобно работать и в постели, и сидя на кресле, и за кухонным столом,как балует меня всякими приятными мелочами, будь то персики, кресло-качалка, перкуссионный массажер или же аппликатор Кузнецова.

Все время вне клуба Андрей посвящал нам.

Мне.

И это было невероятно приятно, тепло и здорово. Он говорил по-прежнему мало, но делал для нас много. И я поняла, наконец, как это прекрасно.