Книга Измена. Яд твоей "любви", страница 136 – Дора Шабанн

— Да, мам, не живёшь ты скучно и нам с Андрюхой не даешь, — выдохнул устало.

Мне перепало крепкое рукопожатие и неожиданный вопрос:

— Андрей — ещё один сын?

— Андрей — её муж и будущий отец моей сестры, вообще-то, — фыркнул и покосился на матушку.

Мама зарозовела и тихо хихикнула.

Прелестно.

Парень этот, Вадим, оказался понятливый и быстренько свалил в туман, а мы уселись чаевничать.

Ну и про новости поговорить тоже.

— Ты не переживай, там Андрюху практически выписали, но он чуть задержится, — начал издалека и вроде с хорошего, но мама насторожилась сразу и бровью так вопросительно повела.

Вздохнул и понял, что придется про подробности неприятные говорить еще:

— Есть вопросики у следствия по поджогу. Но ты не волнуйся! Нет к нему претензий, с той стороны все нормально. Ну и отец его, и тренер наш людей нужных нашли, всех, кого надо, подключили. Бабушка Адель и дед Сева про мэра вспомнили, так что чики пуки у них там все будет.

Смотрит мама неодобрительно, но тут такое дело: так есть.

— Я вот сейчас привёз тебе вещи, потом метнусь в апарты. Стирку там поставлю, а ты, главное, больше лежи, меньше работай.

Мама бурчит:

— Как теперь лежать и не нервничать?

И ведь позвонила послемоего ухода тёте Саше и бабушке Адель. Хорошо, что я успел раньше с ними переговорить, и позиция у нас оказалась общая: «Самое важное — покой для мамы», так что они мою инфу подтвердили.

Чудесные женщины.

Тяжело с ними. Всеми.

Пока Андрюха с отцом и Михаилом Борисовичем носом там землю роют, чтобы прижать Олега Михайловича за все его подставы, я здесь маму караулю, как бы она ещё чего-нибудь занятного не придумала.

Реально, каждый день её навещаю, и каждый раз у неё что-нибудь происходит. То коллеги, то Вадим, то лекции дополнительные, потому что: «Ну, Кирюш, ну они очень просили, а мне нетрудно…».

Капец.

Вообще, это роддом или проходной двор?

А вот как-то от нее приехав в апарты, получил у консьержа пакет для Нонны Аркадьевны, но не тащить же маме кота в мешке?

Вскрыл, конечно.

Из плотного конверта формата А4 на стол высыпалась куча всякого: фотографии, газетные вырезки, письма весьма фривольного содержания, судя по картинкам на полях. То есть прислали нам пачку компромата. На Андрея…

Та часть, где оригиналы — это наследие его развеселой молодости, тут понятно. Все давно быльем поросло. А вот весь ярко выраженный красочный фейк из современности… Почему у меня нет сомнений, кто заказчик всего этого фотошопа?

Жопа.

Так, хорошо, что это дерьмо свалилось на меня, а не маменьке моей нервной и беременной в руки.

Вот же Олег Михайлович скотина, а?

По телефону успокоил мать, согласовал в своем Универе несколько дней отсутствия по семейным обстоятельствам, а потом со всем этим добром, метнулся на малую родину.

Следак, к которому меня отвел тренер, информации обрадовался. Все подробно описал, с меня показания снял. Зафиксировал как надо. И ободряюще похлопал по плечу:

— Есть еще улики, свидетели, ну, и указание мэра. Все норм будет.

А потом я поехал к Андрею в больницу, где узнал, что он выписался утром и свалил.

— Кирюшенька, а ты случайно не в городе, — вдруг позвонила Адель Варисовна.

— Не случайно в городе, — согласно покивал, прикидывая: ехать к Андрюхиным родителям в соседнюю область или позвонить для начала. И у кого бы еще этого шустрика поискать? Не в сгоревшем клубе же…