Книга Развод. Снимая маски, страница 105 – Дора Шабанн

Хотя четко и ясно она оформилась в моей паникующей башке вот только прошлой ночью.

Моя-мое-мои!

Люблю. Хочу. Женюсь.

Согласилась бы только, а?

— От Васильковой? — пронзил меня острым взглядом Павел.

Закатил глаза. Естественно. От нее — единственной и неповторимой. И второй такой нет, да и не надо. Мне моей умницы-красавицы более, чем достаточно.

— Именно. Моя невеста — барышня с характером, — усмехнулся, хотя и доли уверенности, что малышка станет меня теперь слушать, не ощущал.

Сука Баркевич, как есть, ее появление в нашем офисе так вовремя — это его подстава.

Да и я сам хорош, идиот. Мог бы раньше с любимой поговорить, объяснить как-то, что ли?

И вообще, так по-идиотски все получилось, что хоть плачь. Да только я давно вырос. Невместно.

Аникеев заржал:

— О, Василёк-Василёк вполне способна устроить тебе и Варфоломеевскую Ночь и Утро Стрелецкой Казни одновременно.

Ну, как бы да. Я уже и не против.

И хорошо бы она захотела это сделать.

А не прошла бы мимо, сморщив миленький, изящный носик и презрительно фыркнув, в лучшем случае.

Я еще помню, каково это — чувствовать себя пустым местом под ее холодным и равнодушным взглядом.

И если раньше такое было просто неприятно для моего столичного эго, то сейчас — это настоящая катастрофа для всего меня.

Я не смогу без нее.

Я не хочубез нее.

Я готов на все что угодно, чтобы вернуть ее. Вернуть их.

«Кажется, никогда

Нам на планете этой не встретиться.

Просто рукой махнуть —

И голос почти не слышен…»

В. Кристовский «Кажется никогда»

Егор

— Удачи, — хлопнул меня по плечу Аникеев, загрузился со своей командой в пафосную тачку и был таков.

Лишь хмыкнул вслед:

— Пригодится.

Да я вообще без претензий: не послал, помог, не убил — кремень, а не мужик.

Повезло Евгении Витальевне. Или ему — кто их знает.

А меня ждали срочные дела: привести себя в порядок и нестись падать ниц перед моей богиней. Надо заказать цветов, корзину фруктов. Может, чего-то с бриллиантами?

— Нет, бред, — аж перекосило от воспоминания, как отец в моем детстве всегда приносил матери гарнитуры с драгоценностями после своего длительного отсутствия дома.

Сейчас я понимаю — откупался, именно поэтому мать сначала всегда плакала, когда он вручал ей дорогие подарки, а я-то по молодости лет не понимал как так? Подарок же! Красивый, сверкает, блестит.

А потом, ка-а-ак понял.

Да и она со временем плакать перестала, а нашла себе утешение: сначала водителя, потом тренера в фитнес-клубе, затем охранника.

Отец-то продолжал крутить с секретаршами и прочими такими, что на все готовы за колечко, шубку или штуку евро.

Вот такое веселое семейство Власовых. К Василине с девочками подпускать этих «чудесных людей» нельзя категорически. Нефиг пачкать своим дерьмом чистое и светлое.

Хоть бл* фамилию Василины Васильевны бери. То-то деду моему покойному приятно будет…

Пока размышлял о семейке своей, не дай бог никому такого счастья, прибыло такси, и через пятнадцать минут я уже был дома.

Срочно в душ, собраться как на парад, как раз привезли огромный букет из 1001 розы и корзину с фруктами.

— Егор Андреевич, ваш выход. Вперед, пора получить по морде и ответить за свою тупость и… трусость, — пробормотал себе под нос, паркуясь у дома малышки.