Книга Спаси меня, папа-доктор, страница 30 – Елена Верная

Из размышлений меня вывел голос, который до боли показался мне знакомым. Неужели у меня галлюцинации от препаратов и лекарств? Я пыталась прислушаться, даже, кажется, дышать перестала. Но слов так и не смогла разобрать.

Зажмуриваюсь снова, чтобы избавиться от наваждения, но оно не проходит. А может, это все на самом деле? Он же врач. Что удивительного, что я могу его встретить здесь, вот так? Окидываю себя взглядом, насколько позволяет угол обзора. Да, если это Женя, то даже здесь меня ждет разочарование. Я-то представляла нашу встречу иначе. Что-то вроде кадра из «Москва слезам не верит», где мы много лет спустя встретимся и он будет с восхищением смотреть на другую меня. Взрослую, успешную и независимую. Независимую в любых сферах, свободную и финансово, и морально. Он будет искать встречи с дочерью, которая его никогда не знала и теперь уже и не нуждается в его любви и внимании. Впрочем, как и я.

Смотрю на дверь в палату и вижу, как входит он. Женя ни капли не изменился. Хотя нет, изменился. Возмужал и стал еще привлекательнее. Чувствую, как в горле мешает дышать откуда-то взявшийся ком, а по щеке скатывается слезинка.

Хочется сказать что-то язвительное, резкое, но не могу. Мужчина неотрывно смотрит на меня, и на долю секунды мне показалось, что и он не может ничего сказать, так сильны эмоции.

Он берет стул и молча садится ко мне. Молча берет мою руку и, поцеловав, прижимается к ней лбом, а я чувствую, что он плачет. Беззвучно, но плачет.

Где же ты был раньше, когда я так в тебе нуждалась? Когда рыдала в подушку, стараясь заглушить звуки душевной боли, что рвались наружу. Где ты был? Зачем сейчас эти слезы? Эти тоска и одиночество во взгляде? У меня тоже по щекам катятся крупные слезы, а я упрямо моргаю, чтобы они закончились.

Я не знаю, сколько мы так просидели, когда в палату вошла медсестра и начала проверять приборы. Заметив, что я пришла в себя, она что-то отрывисто сказала Жене и убежала, а мы снова остались вдвоем. Мы так и продолжали молча смотретьдруг на друга, словно разговаривали взглядами.

— Вы должны были поставить меня в известность, что моя пациентка пришла с себя! — в палату врывается мужчина в белом халате. Я только сейчас обратила внимание, что на Жене не белый халат, а темно-синий медицинский костюм. Мелочь, которая не говорит ни о чем, но я так сосредоточилась на его лице, что даже не обратила внимания на его одежду.

— Впрочем, как и вы, — усмехается бывший муж, глядя на мужчину в упор. Между ними явно не дружески-приятельские отношения.

— О чем вы? — ворвавшийся врач бросает на меня сканирующий взгляд.

— О том, что, когда я вошел, ваша пациентка была в сознании, — объясняет Женя. — Откуда мне знать, что вы не в курсе этого факта?

— Ясно, — мужчина в белом халате недовольно поджимает губы. — Сейчас я бы хотел осмотреть пациентку, — и мужчина недовольно скривился. — Отчет, естественно, предоставлю вам по завершении.

— Лиза, я еще вернусь, — Женя поворачивается ко мне и пристально смотрит. — Нам надо поговорить.

Его слова не сулили мне ничего хорошего. Я запаниковала, и у меня участился пульс, о чем незамедлительно противным писком сообщил подключенный ко мне аппарат.

— Евгений Александрович, — вкрадчиво произносит его коллега. Мой бывший муж, бросив на него недовольный взгляд, разворачивается и выходит. А я с некоторым облегчение выдыхаю.