Книга О личной жизни забыть, страница 179 – Евгений Таганов

Из аэропорта в Хельсинки в машине ехали два американца: Джон Маккой — тот, кто встречал, и Майкл Гарридо — тот, кто прилетел.

— По наследнику небольшая неувязка, — сообщил Маккой. — Его российский паспорт выдан всего месяц назад. Известно, что он не живет по указанному месту прописки, но в России это нормальная практика: прописан в одном месте, а живет на съемной квартире в другом месте без всякой регистрации.

— Где остановился в Хельсинки?

— В отеле «Суоми», обычном отеле для русских туристических групп, но появился в нем всего на полчаса. Ночевал в неизвестном месте.

— Может быть, в борделе?

— Когда человек приехал за такой суммой денег, ему вряд ли дело до борделей. По словам директора Хекконена, это симпатичный молодой парень, такой может обеспечить себя любовными утехами и без борделей.

— Он как-то нервничал?

— Не более, чем человек, волнующийся о такой сумме денег.

— Что еще?

— Я договорился воспользоваться кабинетом директора банка на полтора часа.

— Я думаю, этого времени более чем достаточно.

И они надолго замолчали.

Если Маккой был простым помощником атташе по торгово-финансовым связям, который весьма неуютно чувствовал себя, исполняя столь щекотливое поручение своего начальства, то Майкл Гарридо был фигурой совсем другого масштаба и качества. Два последних года он занимался вербовкой новых агентов, и эта служба у него складывалась достаточно успешно. Приехать в короткую командировку, оценить исходные данные и лихо провести словесный поединок, после которого противник всегда терял от переживаний два-три кило живого веса, — это было настоящее искусство, и Майкл процентов на семьдесят всегда справлялся с этим.

Но в деле наследника у Гарридо присутствовал еще и личный момент. Восемь лет назад он был тем самым американцем, который руководил в Лимоне операцией по аресту семьи Гонсалес. Тогда эта была едва ли не первая его самостоятельная акция. Нужен был крупный скандал по разоблачению русских шпионов в тихой, почти цивилизованной Коста-Рике. Скандал и получился, только совсем не такой, на который он рассчитывал: шпионов взять не удалось. На следующий день сеньору Гонсалес, правда, задержали, когда она явилась в аптеку городка Пандора за противоядием, держа в руках ту самую змею,которая ее укусила, дабы не было сомнений, какое лекарство ей нужно. Позже Майкл даже единственный раз успел допросить эту сеньору, вполне корректно, между прочим. На следующий же после этого день ему доложили о суициде русской шпионки.

Маленький секрет Гарридо состоял в том, что в разведслужбу он пришел с единственным желанием стать автором шпионских романов, лавры Флеминга и Ле Карре не давали ему покоя еще со школьной скамьи. Увы, то дело с русскими шпионами в Лимоне было единственным, которое по своему содержанию хоть немного напоминало шпионский роман. Все остальное, включая самую эффектную вербовку, на действительно впечатляющие динамичные сюжеты никак не тянуло. Неудачного американского советника тогда сразу же перекинули в другую географическую точку, подальше от места фиаско. Со временем все как будто забылось, как вдруг год назад один из бывших коста-риканских коллег сообщил Гарридо, что оставшееся от Гонсалесов наследство нашло в России своего правообладателя. По своему возрасту это мог быть лишь сын Гонсалесов Алехандро. И литературное воображение Гарридо немедленно заработало на полную мощность. Да, в тот раз российской резидентуре удалось нелегально вывезти юного Алехандро в свою Москву, только они вывезли не сына русских шпионов, а завербованного американского агента, которому суждено было пока что просто учить русский язык и получать российское образование. Такова была завязка предстоящего романа, который он собирался назвать «Наследник, пришедший из тропиков».