Книга О личной жизни забыть, страница 137 – Евгений Таганов

Услышав в трубке крик Юли, Алекс немедленно бросил трубку обратно на рычаг и торопливо зашагал прочь, опасаясь, что данный таксофон уже засекли и сюда мчится группа захвата, чтобы арестовать его как убийцу Николаева. С трудом взял себя в руки и попытался рассуждать более здраво. Самым разумным было сделать вид, что никакого звонка он не делал, и преспокойно возвращаться в Питер. Ну а потом что?.. Потом он все равно изведет себя мыслями о собственной трусости. Это тоже было абсолютно ясно.

Значит, надо принимать брошенный ему вызов. Вдохновение сегодня было на стороне Алекса: две минуты — и весь план предстоящих действий предстал перед ним во всех подробностях. И найдя другой таксофон, он снова вставил в него телефонную карточку.

Новый звонок телефона застал гоп-компанию чуть врасплох — Смыга с Грибаевым не сомневались, что никакого продолжения после крика их заложницы не последует. И прежде чем снять трубку, Костя, пока Грибаев держал Юлю, заклеил ей рот скотчем.

— Алло. Это Алекс. Там что, все глухонемые? — так прокомментировал Копылов очередное молчание в трубке.

— Я тебя внимательно слушаю, — настороженно произнес Смыга.

— Вам ведь нужен я, не так ли?

— А еще лучше в комплекте с твоим дядей.

— С каким именно? — позволил себе чуть похулиганить Алекс.

— А что, кроме Зацепина у тебя еще кто-то есть?

— Зацепин в другой части планеты.

— Хорошо, тогда сгодишься и ты, — согласился Костя.

— Пустырь на Арзамасской знаете? Будьте там в три часа, на самой середине пустыря. Только вместе с Юлей. Я приду, и вы ее отпустите.

Опять, как и прежде, этотмальчишка навязывал им с Грибаевым свои правила игры.

— Ты ковбоя из себя не строй. Приезжай сюда, на квартиру. Тут мы ее и отпустим.

— В тесном помещении трудно общаться на безопасном расстоянии. На природе все будет веселее.

— Ты никак нам угрожаешь?

— Я и не знал, что меня все так боятся. Теперь буду знать, — откровенно издевался студент.

И Смыга повелся.

— Черт с тобой, ковбой хренов. В три часа будем.

Теперь всю конспирацию Копылову вообще приходилось выбросить на помойку. Засунутая за пояс «беретта» приятно холодила живот, а пачка долларов еще больше расширяла его возможности. В обменнике он поменял пять соток, чтобы купить все необходимое, а затем еще поймал грузовую «газель», дабы поместить в нее свои покупки и не опоздать к назначенному часу.

Пустырь на Арзамасской представлял собой заброшенную в начале девяностых строительную площадку с многочисленными сваями, бетонными блоками и перекрытиями, поросшими кустарником и бурьяном. Вокруг бесконечные ряды железных гаражей, какие-то непонятные огороды, глухой забор железнодорожной базы — словом, идеальное место для бандитских разборок.

Только когда они кое-как въехали на край пустыря, Смыга понял, какого дурака свалял, — окружающий бурьян служил отменным укрытием для любого стрелка.

— Да с хорошей оптикой нас здесь перещелкать плевое дело, — вторил его невеселым мыслям Грибаев.

Конечно, вряд ли этот студент мог где-то за полтора часа достать снайперскую винтовку. Но вылезать из машины как-то не хотелось.

У Смыги пистолет лежал на коленях, Грибаев своего «макарова» предпочитал держать в руке. Юля связанная и с заклеенным ртом сидела вместе с Грибаевым на заднем сиденье и тоже, как и элисовцы, испуганно озиралась по сторонам.