Книга Дух огня, страница 6 – Вера Лейман

Во время пути она время от времени украдкой посматривала на него. Он был ранен в плечо, выглядел бледным, измученным, и Кымлан боялась, что ему станет совсем плохо, пока им сможет заняться лекарь. Время от времени она чувствовала на себе его тяжелый взгляд, но ей не хватало смелости посмотреть ему в глаза.

Сразу по прибытии в лагерь отец созвал совет. Кымлан с замиранием сердца слушала доклады командующих, которые отчитывались о том, как идет тушение пожара и сколько когурёсцев удалось спасти из огня. Никто не усомнился, что Хогён подожгли сами мохэсцы. Со стыдом Кымлан слушала поздравления командиров и восхищение тем, как ловко ей удалось захватить в плен главаря варваров, кивала и пыталась изображать радость. Если бы она получила признание от высших военных чинов еще пару недель назад, то чувствовала бы себя самым счастливым человеком в королевстве. Но теперь ей не нужны были ни их похвалы, ни уважение: они достались ей слишком дорого.

Командование ликовало, предвкушая победоносное возвращение домой, награды от Владыки за верную службу стране, и только Кымлан чувствовала себя лишней на этом празднике. За возвращение крепости она заплатила непомерно огромную цену и теперь задавалась вопросом: ради чего все это было? За что в итоге сражались и гибли люди? За обгоревшие дома, разрушенные стены и сотни убитых людей? Враги потеряли крепость, но и Когурё от этого не выиграло, получив лишь сгоревший город и огромное количество трупов. Наун был прав: эта война оказалась бессмысленной затеей, которая не принесла ничего, кроме разрушений и боли. Зато принц Насэм сможет теперь успокоиться, что репутацияКогурё не пострадает в глазах соседних государств. Стоило ли это тысяч смертей?

Основное войско мохэ отступило и, потеряв главнокомандующего, вернулось на свои земли. Но надолго ли? Сколько им потребуется времени, чтобы вновь напасть? Крепость Гирин когда-то тоже была их территорией, и наверняка когда-нибудь они захотят вернуть и ее.

Весь следующий день в лагерь прибывали люди из сгоревшего города. Стоны и крики наполнили лагерь, а Кымлан не могла заставить себя пойти и помочь лекарям, которые валились с ног от усталости. Она была настолько глубоко потрясена своим ужасным поступком, что не имела смелости даже приблизиться к раненым.

– Долго ты будешь здесь сидеть? – отец ворвался в шатер под вечер. Кымлан сидела за столом, зажав уши руками, чтобы не слышать стенаний умирающих. – Лекари не справляются, у нас каждый человек на счету! Нужна твоя помощь.

– Отец, я не могу… Это выше моих сил, прошу, не заставляй меня! – взмолилась она, но Чильсук силой отнял ее ладони от ушей и жестко сказал:

– Это твое наказание за то, что ослушалась моего приказа! Ты должна принять его и до глубины души осознать, что натворила. Иди и помоги раненым. Это твой долг!

Кымлан прикрыла глаза и судорожно вздохнула, собираясь с силами. Отец прав, она все это заслужила и должна заплатить за содеянное. Девушка поднялась на ватные ноги и вышла из шатра. Крики и стоны становились все громче по мере приближения к раненым. Кымлан смотрела на залитые кровью лица, обожженные тела и чувствовала, как земля качается под ее ногами. Кто-то схватил ее за подол, и она дернулась от испуга.

– Помогите… госпожа, помогите… – просипела еще молодая и, наверное, некогда красивая девушка. На ее голове совершенно не было волос, платье превратилось в обгоревшие лохмотья. Дрожащей рукой она прикрывала обожженную часть лица и молила Кымлан помочь. Ту, которая сделала это с ней.