Книга Клуб мертвых, страница 13 – Шарлин Харрис

Мне следовало пойти в постель: нормальные люди проводят темные холодные ночи в своих постелях. Только вот в моем будущем не предвиделось ничего нормального. Хотя постойте-ка! Если Билла больше не было, мое будущее могло стать нормальным.

Никакого Билла. Никаких вампиров: ни Эрика, ни Пэм, ни Буббы.

Никаких сверхъестественных созданий: ни оборотней, ни перевертышей, ни менад. Я бы не встретила их, если бы не отношения с Биллом. Если бы он не появился в баре, я бы просто разносила напитки и, сама того не желая, улавливала мысли окружающих: их мелочную зависть, похоть, разочарование, надежды и фантазии. Сумасшедшая Сьюки, сельская телепатка из Бон-Темпса, Луизиана.

До появления Билла я была девственницей. Теперь единственный, с кем у меня могло что-то сложиться, был ДжейБи дю Рон – настолько очаровательный, что можно было почти забыть о том, что он глуп как пробка. Мыслей в его голове не водилось, и его общество было для меня почти комфортным. Я могла прикоснуться к ДжейБи и не увидеть неприятных картин. Но Билл… Я сжала правую ладонь в кулак и ударила по столу так сильно, что рука немедленно разболелась.

Билл сказал, если с ним что-то случится, я должна обратиться к Эрику. Я не была уверена, что он имел в виду: Эрик проследит за тем, чтобы я получила от Билла наследство? Эрик защитит меня от прочих вампиров? Эрик предложит мне вступить с ним в те же отношения, что с Биллом? Я говорила, что не собираюсь быть эстафетной палочкой.

Но Эрик уже следил за мной, и у меня не было возможности выбрать, хочу ли я следовать последнему совету Билла.

Я потеряла мысль. Не то чтобы она имела значение.

Ох, Билл, где же ты? Я спрятала лицо в ладонях.

От усталости у меня разболелась голова. К рассвету даже на кухне стало холодно. Я поднялась и пошла в спальню, хотя понимала, что не усну. Я нуждалась в Билле с такой мучительной силой, что это казалось мне чем-то ненормальным – он будто приворожил меня.

Телепатические способности защищали меня от вампирского очарования, но, может быть, я была уязвима к иным их способностям? Или, может, я просто скучала по единственному мужчине, которого когда-либо любила. Я чувствовала себя измученной, преданной и опустошенной. Мне было хуже, чем в день гибели бабушки. Хуже, чем в день гибели родителей, – тогда я была очень юной и, кажется, не до конца осознавала, что они ушли навсегда. Сейчас мне сложно было припомнить. Пару месяцев назад, когда умерла бабушка, меня утешали принятые на Юге посмертные ритуалы.

И я знала, что они покинули меня не по доброй воле.

Я обнаружила, что застыла в дверях кухни, и потянулась выключить верхний свет.

Устроившись в постели и завернувшись в одеяло, я расплакалась и плакала очень-очень долго. Этой ночью я не думала о хорошем. Я горевала о каждой потере, которую пережила. Мне казалось, что моя жизнь складывалась хуже, чем у большинства людей. Я предприняла попытку вынырнуть из жалости к себе – чисто символическую и не слишком успешную. Возможно, из-за того, что исчезновение Билла слишком меня ошарашило.

Я хотела, чтобы Билл прижал меня к себе, хотела почувствовать прикосновение холодных губ к моей шее. Я хотела, чтобы его белые руки скользнули по моему животу. Я хотела поговорить с ним. Я хотела, чтобы его смех развеял ужасные подозрения, хотела рассказать, как прошел мой день: о глупых проблемах с газовой компанией и новых каналах, которые телевизионщики добавили в наш пакет. Я хотела напомнить, что нужно починить раковину в ванной, и сообщить, что Джейсон, мой брат, все-таки пока не станет отцом – и жениться он тоже пока не собирался.