Книга Сезон костей. Бледная греза, страница 73 – Саманта Шеннон

– Ладно, по рукам, – кивнул Джулиан. – Сейчас попробую отпроситься.

– Только осторожнее. Встретимся в Трущобах.

Джулиан скрылся в дверях резиденции. А вдруг не вернется?

Устроившись у костра, я грела озябшие ладони и мечтала о чашке обжигающего кофе.

Артисты косились на меня с любопытством. Лисс наверняка сообщила, кого поселили в «Магдален». Только бы она не проболталась про мой дар.

Настораживало еще кое-что: в здешних краях почти не водилось фантомов. Тот же Лондон буквально кишел неупокоенными душами. Оксфорд – город небольшой, но старинный, однако населяли его единичные сполохи и привидения.

Джулиан задерживался. Я почти отчаялась, но тут двери «Тринити» распахнулись и он нетвердой походкой выбрался на Брод-стрит. Я поспешила навстречу.

– Что стряслось?

– Алудра сказала, что перекусить я смогу, а вот понюхать или ощутить вкус еды – вряд ли.

Он отнял руку от лица, и у меня перехватило дыхание. Нос Джулиана покраснел и распух, по подбородку струилась кровь.

– Надо приложить лед, – заявила я. – Сейчас попросим у артистов.

– Обойдусь. Перелома вроде нет.

– Хорошо, но поесть ты должен обязательно.

Петляя по лабиринту Трущоб, я высматривала что-нибудь похожее на оружие. Для самообороны сгодится любое – заточенная шпилька, кусок арматуры. Однако ничего подобного на глаза не попадалось.

Выходит, если эмиты ворвутся в город, артисты не сумеют себя защитить. Алые туники – вот их единственная надежда. Я взглянула на допотопную сирену, чей столб зловеще высился над лачугами.

Джулиан опустился на низкую табуретку. Обменяв крысиные кости на миску баланды и черствый хлеб, я заприметила лоток с травами. За пригоршню игл артист приготовил отвар из ивовой коры, снимающий боль. Я вручила дымящуюся чашку Джулиану.

– Вот, выпей.

– Спасибо. – Он хлебнул отвара. – Не пойму, почему здесь вечно такой дубак.

Под глазами у него наливались синяки. Я устроилась напротив, по-турецки скрестив ноги. Какая-то девушка-артистка принесла тряпицу и тазик с водой.

– Спасибо, – удивленно поблагодарила я.

Девушка коротко кивнула и ушла. Джулиан вытер кровь и, смочив тряпку холодной водой, на манер компресса приложил к носу.

– Итак, – глухо произнес он, – что нам известно про эмитов?

– Лично мне ничего. Если честно, меня больше интересуют испытания.

– На первом ты должна подтвердить свой дар. Доказать, что действительно им владеешь, – сообщил Джулиан. – От гадалок и прорицателей ждут предсказаний. От медиумов требуется войти в транс и не умереть после. Ну, ты поняла.

– Откуда такие познания?

– Ночной привратник в «Тринити» хвастался, что его предсказание помогло пополнить ряды белых туник. Нашел чем гордиться. – Джулиан снова пригубил отвар. – Думаю, рефаимы хотят убедиться в нашей преданности, даже если цена ей – человеческая жизнь.

Я предпочла остаться человеком. «Если хочешь заслужить доверие рефаимов, о милосердии забудь», – всплыли в памяти слова Лисс.

– Великолепно, – буркнула я. – Еще один повод держать свои таланты при себе.

– Да, здесь лучше не отсвечивать. – Пауза. – Но испытания можно и провалить.

– Как вариант, – согласилась я. – А что насчет второго?

– Привратник не колется. – Взгляд Джулиана рассеянно блуждал по гетто. – Судя по розовой тунике, не прошел его, а рефаимам нужно иметь кого-то из наших на руководящих должностях.