Книга Сезон костей. Бледная греза, страница 242 – Саманта Шеннон

С нами на поезде он не поедет.

Я перевела дух. Нет смысла оттягивать неизбежное. Со Стражем мы встречаемся в девять, но хочется подышать.

Перед уходом я снова завела патефон. Меня странным образом успокаивал тот факт, что музыка продолжится – и чем бы не закончилась сегодняшняя ночь, в этих стенах по-прежнему будет звучать мелодия.

Дверь в башню закрылась за мной.

Хотя сентябрь только начался, мороз стоял зверский. В Оксфорде осенью холодно как зимой. Естественно, Нашира не удосужилась выделить мне пальто. Я быстрым шагом миновала галереи.

Большой квадрат пустовал. Не знаю, хватит ли мне сил одолеть Наширу, но побороться однозначно стоит.

Фазала я застала в привратницкой заканчивающим смену.

– Страж в розарии, – сообщил он. – Уже уходишь?

– Скоро.

Они с Гейл знали, что грядет какое-то важное событие, но в подробности их не посвятили. Оба останутся в резиденции ждать указаний.

– Спасибо тебе за доброту, Фаз. И поблагодари от меня Гейл.

– Непременно. Удачи, Пейдж.

Фазал, по обыкновению, не подвел. Страж и впрямь обнаружился в розарии – точнее, в том, что от розария осталось. С ливрейной цепью на шее, в расшитом золотом черном камзоле он казался таким же красивым и ужасным, как в ночь нашей первой встречи.

Впрочем, насчет ужасного я преувеличила. Хотя у нас и возникали разногласия по поводу отдельных аспектов восстания, мы всегда находили компромисс. За без малого восемь недель тренировок и тщательного планирования я прониклась к нему уважением, если не чем-то большим.

При моем появлении его взгляд омрачился.

– Ничего не говори, – вздохнула я. – Нарядили как куклу.

– Хм. – Страж покосился на золотое шитье. – Я тоже недалеко ушел.

– Зато выглядишь блестяще.

– Я конкубин, мне положено по статусу.

– Мы с тобой просто сладкая парочка. – Я шагнула к нему. – Почему ты здесь?

Рефаим кивнул на одинокую заиндевелую розу, доживающую свои последние дни.

– Только она и осталась. После нашего вчерашнего разговора о цветах я хотел подарить ее тебе, но потом решил: пусть цветет, сколько отмерено.

Накануне я сказала ему, какой цветок возложить на мою могилу, если сегодня все закончится трагически. Страж иногда бывал холодным и отстраненным, но я не сомневалась – просьбу он выполнит. Дикий овес на территории «Магдалена» водился.

Почти полгода мы прожили под одной крышей, но я почему-то не могла подобрать нужных слов. Скоро я проснусь в Севен-Дайлс и решу, что он выдумала его. Великана в башне.

– Страж, – забормотала я, – уже говорила и повторюсь, что знакомство с тобой… весьма своеобразный опыт.

– Да.

– Своеобразный, но далеко не плохой. Не знаю, успеем ли мы… попрощаться в «Порт-Мидоу». Но хочу сказать, что рада нашему знакомству. И у меня пропало желание тебя прикончить.

– Для меня это большая честь, Пейдж.

Из-за нехватки амаранта под глазами Стража залегли тени, но я не жалела о своей просьбе. После воссоединения с эфиром Лисс полностью поправилась.

– Последний шанс все переиграть. Уверен, что справишься?

– Час пробил, – ответил Страж. – Спасибо, что вернула мне надежду.

– Рада, что мне удалось привить тебе криминальные навыки.

Зазвонил колокол. Мы оба повернулись к башне Магдален.

– Нас зовут, – тихо проговорил Страж и предложил мне руку.

Сегодня в порядке исключения нам полагалось изображать единство перед эмиссарами. И мне выпала роль гвоздя программы.