Книга Сезон костей. Бледная греза, страница 241 – Саманта Шеннон

Как бы ни обстояли дела с подписанием акта, Двухсотлетний юбилей шел своим чередом. В полдень на поезде прибыли чиновники с несколькими подразделениями вооруженных легионеров. Весь день надсмотрщик развлекал гостей в «Куинсе».

Сейчас вся толпа двигалась в сторону «Гилдхолла». Туда же меня скоро поведет Страж. Хватит убивать время.

Возможно, его у меня почти не осталось.

Я села, чтобы в очередной раз поправить туфли – в тон платью, но очень неудобные, с пряжкой и узким каблуком. Не удивлюсь, если мне выдали их на случай, если попытаюсь сбежать.

Блестящие локоны падали на плечи. Надсмотрщик настоял на макияже: пудра, румяна, подводка. Перед гостями нужно выглядеть красивой и презентабельной. А главное – счастливой.

Нашира ни словом не обмолвилась о своих намерениях прикончить меня – рассчитывает застать врасплох.

В полумраке я завела патефон и переставила иглу. Гостиную наполнили нежные, вторящие друг другу голоса. Песня называлась «Пора домой». Никогда ее раньше не слышала, но мелодия успокаивала.

Если все получится, к утру я буду дома. И даже если не получится, в башню Основателей я больше не вернусь.

На сердце вдруг сделалось тоскливо. Свыше двух месяцев мы со Стражем коротали в гостиной почти все дни и ночи. Хотя Гейл отремонтировала крышу в мансарде, спала я там крайне редко. И с каждым днем мой страх перед рефаимом становился все слабее.

Мы столкнулись с потерями. В первых числах августа в Трущобах вспыхнула эпидемия, унесшая несколько человек, включая Тильду и Гая. Я тоже заразилась. К счастью, Майклу удалось умыкнуть лекарства из «Павильона».

Слишком подозрительное совпадение. Поначалу мы грешили на крыс, но, возможно, болезнь пришла через дождевую воду. Уличные артисты собирали ее в бочки, а подкрасться к ним мог кто угодно.

Два долгих месяца между резиденцией «Сюзерен» и «Магдаленом» велась молчаливая война. Очевидно, Нашира чуяла бунт, потому и решила сократить наши ряды. Но у нее не было доказательств.

Под дверь просунули сложенный листок.

Джулиан организовал небольшую сеть связных, аналог созданной Джексоном в цитадели. Через нее мы передавали друг другу последние новости.

Собственно, связных было всего двое: Феликс Комс, подопечный Алудры, и Джос Бивотт. Я развернула записку.

На губах промелькнула улыбка. По моей инициативе все заговорщики взяли себе псевдонимы, как в Синдикате.

Майкл ухитрился нашпиговать транквилизаторами угощение для алых туник, пировавших в сумерках в «Мертоне». Подкупом он проник на кухню и поколдовал над супом из каштанов.

В июле Страж занял наблюдательный пост в башне «Магдалена» и оттуда контролировал нашу вылазку в теплицу. Под предводительством Лисс мы забрались в аптекарский сад и украли всю астру, заботливо выращенную Дакеттом.

От придворных Лисс почерпнула массу полезных сведений. Если смешать пурпурную астру с валерьянкой, эффект наступит лишь через пару-тройку часов. На наше счастье, валерьяна росла рядом, у Леса Висельников.

С Дакеттом проблем не возникло. Уличные артисты обыскали лавочку и вытрясли из ростовщика, где хранится остальное. После Ноябрьфеста он забрал из города все мало-мальски ценное и спрятал в Лесу Висельников.

Мы откопали его сокровища, обставив все так, словно это дело рук гуля. Страж, главный специалист в вопросах памяти, рассчитал, какую дозу белой астры нужно скормить человеку, чтобы тот начисто забыл, кто его ограбил и почему. Я в буквально смысле набила наркотиком трубку Дакетта и заставила выкурить.