Книга Княжна из цветочной лавки, страница 87 – Мила Ваниль

— Клейма нет, — доложили ему.

— Вот видишь, сынок, нет запирающей силу печати, — произнес он. — Дочь дриады с неконтролируемой силой и опасными способностями. Ты не женишься на государственной преступнице.

Так это был не сон! Ни в первый раз, ни во второй! Не сон, а… опасные способности? Иначе происходящее сейчас — настоящий кошмар! И все, что нужно — это проснуться…

— Прекрати! — рычал Гордей. — Умоляю, прекрати! Я сделаю все, что пожелаешь, только оставь ее в покое!

— О, вот как ты заговорил, — улыбнулся король. — Что ж, можно начинать торги. Только отправим княжну в темницу…

— Нет! — завопила я. — Я не дриада, это ложь! Этого не может быть!

— Да? А это тогда что?

Король ткнул пальцем в угол комнаты. Там, в кадке, рос розовый куст, густо усыпанный полураспустившимися бутонами.

— Этого здесь не было! — рыкнул Гордей.

— Это принесли по моей просьбе, — пояснил король. — Есть свидетели, которые подтвердят под присягой, что вчера в кадке торчал саженец. Куст вырос за ночь. Когда дриада лишается невинности, выплескивается магическая сила, и вся зелень поблизости растет, как на дрожжах. Это и есть доказательство, что княжна — полукровка.

— Но это не я! Это невозможно! Я не дриада! — завизжала я.

И плевать, как это выглядит со стороны! Мне страшно. По-настоящему страшно, до противных мурашек по всему телу, до тошноты. Я не могу быть полукровкой! И не могу рассказать правду. И, самое паршивое, Гордей не может меня защитить.

— В темницу. — Король махнул рукой. — Накиньте на нее какую-нибудьтряпку. И рот заткните, нечего людей пугать.

— Нет, отец! — Гордей так бился в руках мужчин, что казалось, еще немного, и он раскидает их, как щенят. — Не делай этого!

— И ты заткнись, — грубо ответил король сыну. — Иначе торгов не будет. Я имею полное право казнить княжну. Нежить проникла во дворец и приворожила принца!

— Ты не посмеешь! — возразил Гордей. — Иначе я расскажу всем о твоей…

— Я вырву тебе язык раньше, чем ты это сделаешь! — рявкнул король.

Последнее, что я услышала — это звук звонкой пощечины. Мне заткнули рот платком, завернули в одеяло и унесли из спальни принца.

Похоже, моя сказка закончилась. И в ней не будет никакого «и жили они долго и счастливо».

Даже не знаю, что потрясло меня сильнее — поворот в собственной судьбе или бессилие Гордея. Кажется, все-таки последнее…

Жизнь никогда не была ко мне милосердна. Меня бросила мать, и я росла в детском доме, никому не нужная. Когда меня выживали из собственной квартиры, никто не мог мне помочь. Я умерла в одном мире и воскресла в другом, но лишь для того, чтобы стать обманщицей. И статус княжны скорее пугал, чем приносил радость, потому что я всегда чувствовала, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке.

Все хорошее непременно заканчивается чем-то дурным. И чем выше взлетаешь, тем больнее падать. Так что, можно сказать, я не сильно удивилась тому, что меня унизили и бросили в темницу.

Но Гордей…

Я испытывала и злость, и жалость. Гордей всегда меня защищал! Он казался сильным, надежным, несокрушимым. Он мог найти выход из любой ситуации, он приходил на помощь, даже когда я не просила об этом. Я верила в то, что рядом с ним всегда буду в безопасности.

Однако он… не смог. Против могущественного отца он — ничто. Стражники на его глазах рассматривали и трогали меня, абсолютно голую, и он ничего не сделал! И ведь он знал… всегда знал, что бессилен против отца. Так почему самонадеянно отмахнулся от предупреждения? Его величество предлагал ему по-хорошемуизбавиться от невесты…