Книга Княжна из цветочной лавки, страница 148 – Мила Ваниль

В ночь перед уходом я долго держала Елисея на руках — качала его, тихо пела колыбельные и просила прощения за то, что оставляю. Я хорошо помнила собственную историю… Князь Орлов не бросал меня в чужом мире, однако случай изменил мою судьбу, и в итоге я росла в детском доме. Конечно, я боялась, что с Елисеем случится нечто подобное. И сердце разрывалось между материнским долгом и любовью к мужчине, которого хотела спасти.

— Я вернусь, Лесь, обязательно вернусь, — шепнула я перед тем, как положитьсына в кроватку. — Мы вернемся, я и папа. Обещаю.

Из дома удалось выбраться незамеченной. Я выбрала самый темный час перед рассветом, когда все спят. На цыпочках спустилась с крыльца, прокралась по дорожке к калитке.

— Кхм… — деликатно кашлянули у меня за спиной.

Я замерла, прижав к груди узелок с вещами. Тихон! Вот же…

Удастся ли мне уговорить его не поднимать шум? Ох, надо было лезть через забор!

Тихон отчего-то не стал интересоваться, куда я собралась ночью. Он взял меня за руку и толкнул калитку. Она распахнулась бесшумно, хотя у меня не получилось заранее смазать петли — не смогла выбрать подходящий момент. А за калиткой, на подъездной дорожке, нетерпеливо переступала с ноги на ногу лошадь, запряженная в коляску.

— Тихон?! — охнула я. — Это… как?

— Да так, — пробурчал он. — Или я ошибся? Вы не за Громобоем собрались?

— За ним, — согласилась я. — Но… как же…

— Так быстрее получится, — сказал он. — Не удивляйтесь, княжна. Я не мог ничего не заметить. Садитесь.

Он хотел подсадить меня на пассажирское место, но я шагнула назад.

— Э, нет, Тихон. Ты остаешься, — сказала я.

— Даже не думайте.

— Здесь ты нужнее! Я не смогу уйти, оставив сына без защиты.

— Я поклялся, что буду охранять вас.

— Ты и будешь! Безопасность Елисея сейчас важнее. А туда, куда я направляюсь, тебе нельзя. Ты, наверное, не знаешь, но я…

— Да знаю, — перебил меня он, поморщившись. — Ладно, уговорили. Я давно за вами наблюдаю, вижу, что вы… бедовая. Лес вас примет. И все же…

Он снял с шеи кожаный шнурок с несколькими деревянными бусинами и надел его на меня.

— Спрячьте под платье.

— Что это?

— Охранная грамота, — хмыкнул он. — Если спросят, откуда, смело отвечайте, мол, Тихон Белояр дал.

— Так ты… тоже… — осенило меня. — Оттуда?

— Не передумали со мной сына оставлять? — усмехнулся он. — Нет? Тогда поспешите, княжна. Скоро рассвет.

— Спасибо, Тихон, — искренне поблагодарила я и забралась на место возницы.

Тихон проводил нас до дороги, ведущей в сторону Гиблого леса, махнул рукой, и я тронула поводья, пуская лошадь шагом.

С погодой мне повезло: ярко светило солнце, небо отливало приятной синевой. Правда, любоваться природой было некогда. Оказалось, что управлять коляской не так уж и легко. То есть, когда едешь с холма в город или обратно — это удовольствие. А когда приходится править лошадью несколько часов подряд — ад.

Тело затекло от непривычной позы, голову напекло солнцем. А еще я всего боялась, особенно проезжающих мимо всадников и грохочущих экипажей, возницы которых правили не одной лошадью, а двумя или даже четырьмя. Они еще издали начинали кричать: «Посторонись!», и хорошо, если дорога позволяла нам разъехаться без проблем. Но бывало и такое, что приходилось «съезжать» на обочину, то есть, прямо в густую траву.