Книга Янтарный господин, страница 32 – Елена Ахметова

Проповедник за кафедрой бубнил что-то себе под нос — про величие солнца, нашедшее отражение в янтаре, его животворящую силу, отголоски которой должны были защитить истинно верующих ото всякого зла. Зло — в моем лице — с трудом справлялось с зевотой. Лира держалась молодцом, чего нельзя было сказать о доброй половине прихожан.

С трудом дождавшись окончания чудовищно нудной проповеди, я бросила мелкую монетку в чашу для пожертвований (благо располагалась она на самом выходе и далеко идти не пришлось), взамен сняв с деревянного щита простенький амулет с янтарной песчинкой, оплетенной выкрашенным в алый шнурком.

Янтарь едва ощутимо жег пальцы, намекая, что амулет заговорен от нечисти, но его было слишком мало, чтобы в самом деле кого-то отпугнуть. А когда я вплела в шнурок свой волос, жечь перестало вовсе.

Теперь дело было за малым — дождаться повода явиться в замок и преподнести господину подарок.

На редкость дурацкий, но искренний, чтобы у него рука не поднялась выбросить оберег — тем более что именно этот должен был сработать даже против колдуна, если только он не решит украсть мою добычу мне назло.

Волколак оказался куда осторожнее, чем хотелось бы. Пройти по его следам до логова не удалось ни разу, и даже новая метла не помогла — он был внимателен к деталям и даже по воздуху уходил с оглядкой, так и не попавшись охотникам. Это вызывало уважение — и досаду одновременно, потому как прямой и честный разговор с колдуном был бы гораздо надежнее оберегов. Может быть, мне даже удалось бы убедить его помочь — в обмен на право говорить на следующем шабаше, что он обвел вокруг пальца все представительство Янтарного ордена на Горьком Берегу?..

Увы, эти мечты так и оставались мечтами, а вот с оберегом вышло даже проще, чем я рассчитывала.

Тоддрик приехал в село аккурат к тому моменту, когда я выходила из Храма, нервно теребя амулет. Остальные жители уже потихоньку шли к домам — только староста задержался, услышав всадников.

— Господин! — неподдельно обрадовался Ги и развернулся, явно рассчитывая обрушиться на Тоддрика с очередной просьбой, но не решаясь начать разговор первым.

На меня староста подчеркнуто не обращал внимания. Мило неловко мялся с ноги на ногу за его спиной, не зная, то ли остаться и послушать,то ли уйти домой, в тепло.

Тоддрик спешился и бросил поводья оруженосцу. Всадники свиты неуверенно переглянулись — по всей видимости, длительная стоянка в селе в планы изначально не входила, и теперь они не знали, оставаться ли в седле или последовать примеру господина. Тоддрик разрешил их сомнения, отмахнувшись от старосты, как от назойливого комара, и порывисто шагнул ко мне, улыбаясь до ушей.

Я поняла, что улыбаюсь в ответ. Отнюдь не сдержанно и изящно.

— Айви! — он подхватил меня за талию, вынудив обнять его за шею, и закружил так, что я едва не выронила амулет. — Я так соскучился!

Г и замер, как примороженный. Лира оглянулась, хихикнула, прикрыв губы пальцами, и неспешно направилась в лес, подхватив под руку Хью. Мило дернул щекой и побрел к дому; всадники принялись спешиваться и потихоньку заходить в Храм — скорее погреться, чем помолиться, но останавливать их никто не стал.

Когда Тоддрик, все ещё посмеиваясь, поставил меня на ноги, на холоде остались только мы, оруженосцы да кони, которых никто не спрашивал — а то они бы тоже с удовольствием удрали в тепло.