Книга Мама в подарок, страница 26 – Арина Теплова

— Сейчас пойду исполнять. Завтрак Мишеля все же важнее, чем эти… — я не договорила, как он перебил меня.

— Опять пререкаешься со мной, девчонка?

— Нет. И мое имя Дарёна, вы опять позабыли?

— Разве позабудешь твое имя, пигалица, когда вместо завтрака я, как идиот, два часа жду тебя в кабинете!

— Франсуа, видимо, забыл мне сказать.

— А может, ты врешь?

— А может, вы уже успокоитесь? Вы нашли меня, и ладно.

— Что? Да как ты смеешь, нахалка?! — прорычал он мне хрипло в лицо, глаза его прямо жгли меня своей яростью.

Он склонился ко мне еще сильнее. А жесткая ладонь сжала мое плечо до боли.

Я даже испугалась на миг, но тут же вспомнила, что герцог болен. Наверняка ноги опять не слушались его и причиняли страдания, а он был вынужден ходить по замку, разыскивая меня. Оттого и злился сейчас. В моем сердце проснулось сострадание.

Потому я улыбнулась и примирительно сказала:

— Все хорошо, ваше сиятельство. И не переживайте вы так, а то опять закашляете.

Однако моя фраза не успокоила его, а наоборот.

Отбросив трость, герцог схватил меня второй ладонью за подбородок. Сжав его пальцами, приподнимая мое лицо.

— Выпороть тебя, что ли? Чтобы стала послушной, — угрожающе прохрипел он.

Его жесткие руки с силой сжимали мои плечо и лицо, и я едва не застонала от боли.

В следующий миг он сделал то, чего я менее всего ожидала от этого грозного разъяренного мужчины.

Он поцеловал меня. Прямо в губы.

Поцелуй герцога был так внезапен, что я даже замерла. Почти не веря, что все это происходит на самом деле. Но не успела почувствовать вкус его горячих губ и понять, нравится мне это или нет, как де Моранси резко отстранился и чуть выпрямился. Однако не отодвинулся, а так и прижимал меня своей широкой грудью к стене, его ладонь все еще властно сжимала мое плечо, чтобы я не улизнула.

— Я рад, что Мишель признал в тебе мать. Это уже полдела, — заявил он глухо, не спуская горящего взора с моего лица.

— Да... — прошептала я смущенно, чувствуя, как от близости герцога и его поцелуя у меня яростно горят щеки. — Вы бы не могли отпустить меня, мессир?

— Боишься за свою честь? — оскалился он как-то насмешливо. Однако убрал руки и тут же отпрянул от меня, отошел на шаг. Я же облегченно выдохнула, совершенно растерявшись и не понимая, что происходит. — Поверь, мне не нужна твоя честь, Дарёна.

Сказал он это как-то неуверенно и тихо.

Я же нахмурилась. Неужели? А зачем тогда целовал меня сейчас? Что-то опять не сходилось в поступках этого мрачного герцога.

В эту минуту я поняла, что он живой человек, а не какой-то злобный ледяной монстр, каким его считали в королевстве, как и всех магистров ордена Звезды. Ведь губы герцога были теплыми и упругими, а руки сильными и в то же время нежными, когда он прижимал меня к себе во время поцелуя. И все это я прекрасно осознала сейчас.

Де Моранси медленно отошел от меня и поднял с пола трость. Я отметила, что его взгляд потеплел и стал не таким угрожающим и колючим, как еще минуту назад, до поцелуя.

Эта ситуация слишком напрягала нас обоих, потому я быстро сказала:

— Я как раз собиралась идти в комнату вашей жены, чтобы подобрать платья.

— Забудь об этом.

— В смысле? Вы же вчера велели...

— Ты ниже Лауры и худее ее. Вряд ли тебе подойдут ее наряды. А перешивать нет времени. Мишель должен видеть тебя уже сегодня в подобающем виде.