Книга Мама в подарок, страница 29 – Арина Теплова

— В монастыре? — удивленно воскликнула модистка. — Как странно… Но, наверное, сейчас модно брать в содержанки пуританок? Таких как вы?

Она спросила это так просто и обыденно, что я даже растерялась. Собственно, она озвучила мысли, которые были написаны на ее лице до этого.

Конечно, я хотела ее разуверить по поводу моего статуса содержанки при герцоге де Моранси, но передумала. Какая разница, что подумает обо мне эта мадам? Главное, что на самом деле я никакая не любовница. К тому же правду ей точно знать не следует, так что пусть пребывает в понятном ей заблуждении.

— Именно так, — кивнула я, улыбнувшись. — Пожалуйста, давайте уже начнем смотреть платья, а то у меня очень мало времени, мадам.

— Да-да, понимаю. Проходите в ту комнату, мадемуазель, и раздевайтесь. Сейчас Натиснимет с вас мерки, а я пока посмотрю, какие платья вам будут к лицу.

Когда мы вышли из лавки модистки, было уже почти два часа дня. Оливье загрузил мои коробки с платьями, парой туфель и шляпками в карету, и мы уже собрались уезжать, но я вспомнила еще об одном деле.

— Оливье, а ты не знаешь поблизости лавку аптекаря или знахаря? Которую посещает его сиятельство герцог?

— Герцог не бывает у аптекаря. Он же маг и лечится сам, — ответил сухо кучер.

— Очень жаль, — вздохнула я.

Видя, как я расстроилась, Оливье задумался и вдруг сказал:

— Правда, заезжали мы с мессиром однажды в лавку, в том месяце. Она здесь неподалеку. Герцог покупал там лекарство для сына, что прописал ему лекарь.

— Как чудесно, что ты вспомнил это, Оливье, — обрадовалась я. — Побыстрее вези нас в эту лавку.

— Еще чего придумаете? — недовольно поморщился кучер. — Его сиятельство дал четкие указания — везти вас только до портнихи. Он будет гневаться, если узнает, что я еще куда-то вас возил.

— А герцогу можно не говорить о том, и он не будет сердиться. А мы быстро.

Через пять минут спор с Оливье увенчался успехом, и он согласился нас отвезти, так как я сказала, что мне нужно тоже лекарство для Мишеля. Пришлось соврать, потому что мальчику явно не требовались никакие эликсиры. А нужно было хорошо питаться, гулять на свежем воздухе и перестать бояться всего и вся, и тогда он, возможно, поправится.

Когда вошла в лавку аптекаря, я первым делом спросила:

— Добрый день. Скажите, есть ли у вас кредит для герцога де Моранси?

— Для его сиятельства? Кончено есть, мадемуазель, — ответил аптекарь, восхищенно окидывая меня взором.

Я уже выглядела как респектабельная девица в новом платье от мадам Жоржетты. Потому довольно закивала. Теперь я смогла купить то что надо, ведь раньше денег у меня не было. А де Моранси не дал мне ни су.

На обратном пути до замка мы с Эжени, довольные и немного уставшие от суеты в лавке модистки, всю дорогу болтали.

— Эжени, ты же наверняка знаешь, почему малышу Мишелю носят пересоленную гадкую еду? Знаешь? — задала я вопрос, когда мы уже покинули Бритонь и ехали мимо запорошенных снегом полей.

— Да.

— Это Мадлен? Так? — спросила я, отчего-то даже не сомневаясь в ответе маленькой служанки.

— Она, — кивнула медленно Эжени. — Она портит еду маленькому господину. А Барбара покрывает ее.

— Зачем?

— Не знаю, но мне кажется, что госпожа Мадлен настроена против мальчика. Она его ненавидит. Я не раз слышала, как эта ведьма говорила, что если бы Мишеля не было, она бы скорее завоевала сердце герцога.