Книга Наследница поместья «Соколиная башня», страница 217 – Александра Воронцова

— Смешно. Не Бладсвордам говорить о верности, — процедил Хэмиш. — Как вы поступили с Мэри, а? Коннор просто избавился от нее. Выдал замуж за конюха!

— Ну, — развел руками Райан, — твой предок не особенно торопился жениться на ней. Ребенка он признал, а Мэри взял в любовницы, а в жены не тогда, когда овдовела она, а только после того, как дважды овдовел сам. Так чей род — род предателей?

Бриан, которому не терпелось завершить операцию, негромко спросил:

— Зачем мы вообще его слушаем?

— Он слабеет, скоро у него останется лишь его магия, и мы его возьмем. Так почему бы не поговорить? Я сомневаюсь, что в подземелье он будет так же разговорчив. Да, Хэмиш?

— От меня вы ничего не узнаете! — прокричал тот и расхохотался.

— Мы и без тебя справимся. Тебя ждет суд, и он будет к тебе не благосклонен, можешь мне поверить. Молись, чтобы ненависть к тебе люди не перенесли на твоих детей.

— Ну в отличие от твоего отца, я своих детей люблю. Их уже нет в этих землях. Синтии стоило выбрать меня, когда я ей предлагал. Но она выбрала Бладсворда и до конца его дней терпела скотское отношение.

Это было мерзко.

Он вытаскивал чужое грязное белье на публику, стремясь запачкать всех вокруг.

— Уж не хочешь ли ты сказать, что ради моей матери ты убил моего отца?

— Нет, конечно! Синтия сама во всем виновата. С чего мне ее жалеть? Я избавился от него, потому что ты был слаб. Между владетелем, который всех держал в страхе, и юнцом, которому еще нужно войти в курс дел, я выбрал второго. Ничего личного.

— Ты мерзавец. И твое время истекло, — мертвым голосом произнес Райан. — Это последние твои глотки свежего воздуха. Дыши, пока можешь. Больше ты небо не увидишь.

Бриан удовлетворенно выдохнул и растянул магический щит на троих бойцов.

— Вперед, приволоките сюдаэту падаль, — скомандовал он.

Кажется, я еще ни разу не видела у этих суровых мужчин из личной охраны Бладсворда столько энтузиазма при исполнении приказа. Они спустились в лог, закрепили узлы на сетях и потащили его волоком буквально.

На секунду я ужаснулась тому, что во мне ничего не шевельнулось при виде жестокого обращения с пленным. Он мог барахтаться, пытаясь перевернуться, но воины словно специально поворачивали сети так, чтобы Хэмиш оказывался лицом к земле.

Подняв его по склону, они швырнули его к ногам Бладсворда в самую грязь, туда где пробивался родник, смешивая землю и опавшую листву.

— Даже руки марать о тебя не стану, — Райан с омерзением в голосе отступил в сторону. — Лишь бы палач не побрезговал. Но это будет еще не скоро, Хэмиш. Ты будешь молить о смерти.

— Не дождешься! — прошипел Хэмиш. Он как-то странно дернулся, рывком повернулся на спину и зачем-то ударил пяткой о землю.

Я почувствовала недоброе раньше, чем все произошло.

Но оказалась недостаточно быстра.

Когда Хэмиш что-то выплюнул и прокаркал:

— Бас го мал!

Я увидела, как рефлекторно отшатнувшийся от него Райан наступает на кристалл, кроша его в пыль сапогом, и рванулась к нему. Еще до того, как я поняла, что делаю, мои крылья обернули Бладсворда.

И я бы поступила так в любом случае.

Даже если бы не вошла в силу.

Ледяными иглами проклятье впилось в мое тело, но я лишь плотнее сомкнула кокон. Несколько мгновений, и ощущение исчезло.

— Никогда так больше не делай! — взревел Бладсворд.