Книга Наследница поместья «Соколиная башня», страница 216 – Александра Воронцова

— Энни? — встревоженный голос Райана заставил меня перевести взгляд на него.

И я обнаружила, что сжимаю в кулаке кинжал, будто готова все вокруг искромсать.

— Я ненавижу.

Это была чистая ненависть, непрощающая и готовая карать, совсемнепохожая на то, что я испытывала к Мерзкой Лиззи или Джине.

Бладсворд обнял меня, будто хотел согреть заледеневшую душу.

— Я поеду с тобой. Мне нужно убедиться, что Хэмиша схватили. Если ты отправишь меня в поместье, я все равно сбегу.

Райан погладил меня по голове.

— Хорошо, моя леди Сокол, Хозяйка ястребиного сердца. Только мы не поедем. Пойдем тоннелем.

Пыльный тесный тоннель не позволял идти рядом с Райаном, но я все равно не выпускала его руки, и сейчас меня не волновало, как и когда он стал мне настолько дорог. Взаимны ли мои чувства, или Бладсвордом в большей степени руководит долг.

Это все неважно.

Гораздо сильнее меня беспокоил тот факт, что за мной следовал Морган, и в его присутствии я не могла остановить Райана и поцеловать. Не то чтобы я все еще беспокоилась о репутации, просто тот поцелуй, который я хотела подарить, был особенным и не терпел лишних глаз.

Так и шла, сжимая в одной руке кинжал, в другой пальцы Райана.

Не говоря ни слова, повторяя про себя, что ни о чем не жалею.

Выбрались мы наружу через подвал «Ястребиной башни», встреченные вспыхнувшими огнями во всех канделябрах.

Пока мы продвигались к выходу, у меня не было достаточно времени, чтобы таращиться по сторонам, но на мгновение мне показалось, что в «Башне» что-то неуловимо изменилось. Будто дышать стало легче, а атмосфера из пугающей превратилась в таинственную и даже романтичную.

И покидая двор «Башни» я оглянулась, словно меня кто-то позвал.

Открывшееся в рассветных лучах зрелище было прекрасным.

Стены искрились, отражая свет кусочками слюды в камне. Стекла в окнах больше не выглядели темными провалами в пустоту, за ними танцевали огни свечей. И сова, сидевшая на ставне, склонив голову на бок, смотрела на нас, будто благословляя.

Почему-то в груди стало теплее, и дорога сквозь лес показалась мне не такой мрачной.

Райан, представлявший направление, в котором нам нужно двигаться, привел нас к логу, оцепленному бойцами, когда стало совсем светло. Я узнала это место.

То самое, где мы нашли Тоби.

Мороз по коже. Слишком символично выходило.

— С каких пор ты стал таким медлительным? — сварливо спросил у Бладсворда Бриан.

— В чем дело? — вскинулся Райан.

— Мы поймали его сетью, но взять не можем. Я вижу уровень его проклятий, наши щиты не выдержат. Откуда в нем столько? — злился Бриан.

— А это не в нем, — ответил Бладсворд, встав на самом краю склона и окинув взглядом спутанного сетями, как загнанную дичь, Хэмиша. — Это остаточный флер кристаллов. Скоро наш дорогой враг станет таким же, как все обычные маги, хотя и считает себя выше остальных.

Хэмиш,услышав эти слова, зарычал, словно в него тыкали палкой.

— Щенок! Ты понятия не имеешь, о чем говоришь! Ты думаешь, что умнее, но это не так. Тебе не хватило мозгов сберечь силу. Она же здесь, — это, видимо, он имел в виду меня, — и мое проклятье сработало, это мне прекрасно видно. Ты не взял у своего отца главное — понимание, что только сила имеет значение…

— Сила не спасла моего отца, — желваки на скулах Райана заиграли. — И тебя не спасет. Может, дело не в ней? Может, дело в верности?