Книга Наследница поместья «Соколиная башня», страница 147 – Александра Воронцова

— Все знают, что ты брюхата, Мэри. Только это, потому что ты не сумела скрыть свой позор.

— Ты чудовище! — неверящим взором девушка уставилась в спину владетеля. — Да как ты смеешь меня в таком подозревать? Ты…

Резко обернувшийся Коннор, заставил испытать меня чувство, что я уже это где-то видела.

— Может, я и чудовище. Вполне вероятно. Только ребенок не может быть моим. Это мне известно совершенно точно. Единственный раз, когда, забавляясь, мы зашли слишком далеко, был во время ритуала. Этот плод не от меня. Я ведь не был первым, Мэри. И ты, и я это знаем.

— Забавлялись? — отшатнулась. — Ты заставил меня поверить, что любишь, ты говорил, что я… А теперь упрекаешь тем, что было до этого? Какой же ты мерзавец!

— Мне все равно, сколько было связей у моей невесты до меня. Главное, чтобы после — ни одного, — Коннор безжалостно оборвал Мэри. — И да, я бы не признал ребенка, даже если бы мы поженились. Ты прекрасно понимаешь, что он не смог бы стать моим наследником.

— Ты объявил помолвку, а теперь выбрасываешь меня даже не из-за ребенка, а из-за этой Станхеймской шлюхи? — истерика Мэри набирала обороты, кулаки ее сжимались, голос ломко дребезжал.

— Следи за языком! — одернул ее владетель, и в чертах его лица действительно прорезалось нечто ястребиное, холодное и жесткое.

— Милый, скажи, что это только из-за «Башни», — слезы потекли из прекрасных миндалевидных глаз. — Скажи, что ты все так же меня любишь, и все будет по-прежнему. Я могу подождать, Коннор…

— Не будь дурой, — раздраженно осек ее он. — Какая любовь, Мэри? Помолвка — это всего лишь помолвка. Она могла закончиться свадьбой, да. Но нет.

Повисла тяжелая пауза. Мне было больно смотреть на бывшую невесту Коннора. Она явно любила своего владетеля, несмотря на то, что пыталась выдать бастарда за его ребенка. Мэри пошатнулась, у нее вырвался тихий вой, а потом, она вдруг выхватила из рукава кинжал и бросилась на Коннора.

Мое сердце ёкнуло, но напрасно.

Бладсворд был намного сильнее и быстрее. Он перехватил ее занесенные руки, и отшвырнул девушку на кушетку. Мэри рыдала, ее прекрасные черные волосы рассыпались, закрыв лицо, плечи ее сотрясались, будто грудную клетку изнутри разрывает когтями дикий зверь.

— Довольно! — рявкнул Коннор. — Ты мне надоела! — он в два шага вернулся за стол и, даже не опускаясь в кресло, двумя росчерками пера закончил то, что писал. С ужасом смотрела на слова, которые он вывел. — Указом владетеля разрываю договор помолвки и в качестве компенсации выдаю тебя замуж за Вайда.

— Что? Конюха? Меня? Леди? — вскинулась Мэри.

— Ты ведешь себя, как прачка. Куда тебе лорда? — жестокости в словах Коннора было на десятерых.

— Позволь хотя бы выйти за Хэмиша…

— Так вот, кто папаша? — хмыкнул Бласворд.

— Ревнуешь?

— Мне плевать, но на брак Хэмиша у меня свои планы. Думаю, он сам согласится, что леди Каролина подойдет ему больше. Впрочем, ничто не мешает ему признать ребенка…

— Я тебе ненавижу!

— А говорила, что любишь. Что сделаешь все, что я прикажу, — Коннор явно насмехался.

— Вот как любила, так теперь ненавижу! — зашипела Мэри. — Проклинаю тебя и твоих потомков, — серебристое облачко магии сорвалось с искусанных алых губ. — Никогда вы не найдете свою пару. Все птицы Бладсворд будут слепы и бескрылы, пока не научатся…»