Книга Герой не моего романа, страница 19 – Елизавета Соболянская

Маша быстро рисовала. Ей хотелось закрепить на бумаге выражение лица милой девушки, которую, казалось, окружали голодные хищники, капающие слюной на благородный разворот плеч и распущенные золотые локоны.

После леди Астер на миниатюру напросилась шустрая дамочка с длинноватым носом и выпуклыми глазами. Маша сделала набросок, но уточнила — кто будет оплачивать заказ? Дамочка задергалась и визгливым тоном обратилась к герцогу Гризу:

— Ваша светлость, вы же закажете для меня маленький подарок?

— Увы, леди Эстинь, не могу, — вежливо улыбнулся герцог, — ваш муж может вызвать меня на дуэль, а я не люблю фехтовать по пятницам.

Однако матушке леди Астер было позволено сделать заказ, а еще нескольким дамам такую любезность оказали их женихи и братья.

До глубокой ночи Маша делала наброски и вернулась в комнату в полуживом состоянии. Камеристка шустро ее раздела, умыла и уложила в постель. А утром сразу после завтрака принесла из дорожного сундука ящик с красками и коробку с медальонами:

— Его светлость велел вам поторопиться! — сказала служанка.

Подкрепившись утренней кашей, хлебом и сливками, Мария взялась за работу. Она быстро перенесла черты лица прекрасной леди Астер на пластинку и взялась выписывать портрет девушки красками.

Чистые, правильные черты лица, нежные краски, золотые волосы… Внешность прекрасной леди можно назвать канонической, пресной,кукольной, однако все в леди дышало искренностью, и потому миниатюра получалась очень живой. Помня про заказ герцога, Маша рисовала сразу две миниатюры — одну в незабудках, вторую в розах, а потом зачем-то взяла самый большой медальон и нарисовала то, что ей представилось в гостиной — очаровательный цветок в окружении хищных морд.

Герцог вломился в ее комнату внезапно, когда Маша как раз заканчивала украшать краешек портрета тонкой золотистой линией. Гриз быстро подошел к столу, за которым Мария работала, взглянул на две миниатюры, одобрительно кивнул, а потом его взор упал на пластинку с чудовищами. Девушка втянула голову в плечи. Кажется, за такое оскорбление аристократов полагается смертная казнь?

Гриз долго держал платину в руках, потом положил ее на стол и хрипло сказал:

— У вас удивительный дар, мисс Мэриен. Я узнал на этом портрете всех. Когда вы его завершите, я выкуплю у вас его за двадцать золотых!

После чего развернулся и ушел.

Маша с трудом разжала сведенные ужасом руки, вскочила, прошлась по комнате туда-сюда, вернулась к столу и всмотрелась в миниатюру с монстрами. А ведь она действительно написала всех, кто был в гостиной. Почти всех. Матушка леди Астер не поместилась, как и герцог. Но… камзолы, платья, прически, детали костюмов — все было узнаваемым, пусть не совсем прописанным. И герцог узнал! И счел чем? Явно не дурной шуткой, если он собрался заплатить за ее творчество целых двадцать золотых!

Переживая и волнуясь, Мария все же закончила все три миниатюры и убрала их в шкатулку. Ирма принесла ланч — жаркое, чай и сладкую булочку. Девушка смела все, восполняя утраченные силы, а потом, таясь и смущаясь, показала служанке картинку с пастями и харями, желая знать, почему герцог хочет ее купить.

— Ах, госпожа Мэриен! Да вы душевидец! — всплеснула руками камеристка.

— Душевидец? Кто это? — изумилась Мария.