Книга Берк. Оборотни сторожевых крепостей, страница 38 – Ли Литвиненко

Идущие оживились и в предвкушении, радостно загомонили. Во дворе остались только Полли, Бёрк и Сфенос.

— Подожди меня там, — велел отец, показывая на конюшню.

— Я лучше заберу её в кухню, — возразила кухарка и повела девушку, нетвердо стоявшую на ногах, к черному ходу.

С похоронами Сфен справился быстро. Выкопал на окраине хутора яму в два гномьих роста, закатал останки Фуча в мешковину и неуважительно сбросил их в могилу. Быстро закидал землей, а в качестве указателя воткнул сиденье от старого нужника.

— Пойдем, Бёрк, — позвал орк от двери.

Девочка как раз допивала мятный чай, который для успокоения налила ей кухарка.

— Куда?

— Домой, — просто сказал отец.

До того дня дома у них не было. Летом они жили в конюшне, а зимой ночевали в гостиничной кухне — там у входа была небольшая клетушка, отведенная под дрова. Места мало, зато тепло.

— Поздравляю! — Полли радостно обняла орчанку. — Хоть в чем-то повезло! Свой дом!

Весь их скарб уместился в большую корзину, поэтому переезд был недолгим. Домик Фуча оказался таким же неказистым, как и его покойный хозяин. Ни разу не мытый порог, заросший в углах травой, мутные стекла, покосившаяся труба. Но для новых жильцов он показался королевским дворцом.

— А ну посмотрим, что внутри! — заскрипел по ступенькам Сфенос.

Там оказалось голо и грязно. Стол, широкая лавка, никогда не знавшая побелки печь с парой тарелок, покрывшихся плесенью. Там же кастрюля с засохшими остатками какого-то варева. В чулане нашлось старое корыто и железный бак для воды.

Сфенос сразу растопил печку и, натаскав воды устроил для своей дочери купание. Он решил, что Бёрк захочет смыть со своего тела следы Фуча. Сфен с тревогой наблюдал за воспитанницей. Синяки, расплывшиеся по коже, выглядели пугающе и, судя по тому, как она двигалась, были сломаны пара ребер.

Она хотела смыть только пыль, в которой её изваляли, и кровь, размазанную по лицу, но пришлось мыться полностью и основательно. Вообще-то она любила воду, но не в тот день. Все тело болело, накатывала слабость от пережитых эмоций. Хотелось просто свернуться калачиком под теплым одеялом, и чтобы все оставили в покое.

Оказавшись на постели, она сразу уснула. Тело болело еще долго. И шла кровь. Она текла от куда-то из кишок, и приходилось подкладывать куски полотенца, чтобы не испачкать всю кровать.

— Проклятый Фуч! — ругался Сфенос.

Он был обеспокоен не на шутку и даже позвал Полли, заменявшую на хуторе лекаря. Она знала разные травки и всем болеющим заваривала чаи. Вместе с кухаркой пришел проведать новоселов и Татимир. Когда орк рассказал гномам про кровь, Полли как-то странно хихикнула.

— Так это же… — она сразу поняла, что за недуг одолел девушку.

— Внутреннее раненье, — перебил её гном.

Татимир многозначительно посмотрел на стряпуху, и та растерянно замолчала.

— Ранение? — удивилась Бёрк.

— Да, от побоев, — уверено заявил Татимир. Он спокойно огладил свой выпирающий живот и выписал лечение: — Нужен покой, и все постепенно пройдет.

Орк облегченно выдохнул. Покой своей дочери он мог обеспечить. Гости долго не задержались. Оставив на столе большой сверток с пирогами, ушли.

Сразу за дверью, Полли накинулась на хозяина.

— Что еще за ранение вы выдумали?! Это у девчонки начались обычные лунные дни!