Книга До самой смерти, страница 126 – Миранда Лин

– Это невероятно. Спасибо. – Я проглотила ком в горле, жалея, что не могу умчаться вверх по лестнице. Меня подгоняла мрачная мысль, что на самом деле я не заслуживаю такой любви. Но в той же мере я хотела остановить этот момент и беречь его так долго, как только смогу. Ведь, пускай Реквием неисправим, о нас такого не скажешь. И может, я правда нашла свое место.

– Не плачь, а то я тоже расплачусь. – Алтея отошла от лестницы и протянула мне бумажный сверток.

– Честное слово, не стоило так утруждаться.

– Это честь для меня, Дей.

Все выстроились кругом, чтобы понаблюдать, как я распаковываю подарок. Я испугалась, что, каким бы ни оказалось содержимое, не смогу поблагодарить как подобает и разочарую. Но когда сняла последний слой бумаги, то чуть не потеряла равновесие – в моей руке оказался кинжал.

– Тея… – Я сделала глубокий вдох, чтобы успокоить колотящееся сердце. – Боги, Тея.

Она снова подпрыгнула на носочках.

– Это копия Хаоса. Но мне нравится думать, что это его антипод. Изгибы на рукояти противоположны, так что один клинок для правой руки, а другой для левой. Я постаралась придать ему наиболее подходящий внешний вид, а Элоуэн выбрала рубин. Надеюсь, ты назовешь его Безмятежность. Ведь они как день и ночь. Тьма и свет. Хаос и Безмятежность.

Элоуэн стояла возле двери, прижав руки к груди и не сдерживая слез.

– Надеюсь, тебе нравится.

Я лишилась дара речи. Не существовало слов, способных выразить мою признательность. И дело было вовсе не в клинке, настоящем произведении искусства. А в самом жесте. В горле вновь встал ком, а в носу защипало. Я надеялась, что сумею сдержать слезы.

Сделав глубокий вдох, я поблагодарила Элоуэн и Алтею, но, когда они подошли, чтобы обнять меня, застыла как вкопанная. Я испытывала неловкость и не могла выразить свои чувства. Они были добросердечны, а я холодна, и это оставалось неизменным все эти недели. Но их человечность оказалась непоколебима. Даже когда я рыскала по дому, думая, что они не дадут мне ответов, злилась или дерзила. Они были добры. И я этого не заслужила.

– Теперь я, – слабым голосом произнес старик и достал из-за спины большой сверток.

Я встала перед ним, зная, что могу в любой миг лишиться самообладания и сбежать.Но его размеренные движения и твердый успокаивающий взгляд помогли мне остаться. Я потянула за шнурок на его подарке, и бумага развернулась.

– Сядет на тебе безупречно, – заверил он, когда я забрала черную кожаную одежду из его рук и прижала к груди. – Я укрепил чехлы для клинков и сделал ткань более дышащей. А еще он темнее, чем твои прочие наряды, – я поэкспериментировал с краской, – это позволит тебе оставаться незаметной.

Я не понимала, как они решились подарить мне именно те предметы, которые помогут в моей чудовищной службе. Ведь Деву Смерти здесь когда-то ненавидели. Мои слезы были искренними, а стук сердца оглушительным.

– Спасибо, – выдавила я.

– Я пыталась объяснить ему, что краска ни к чему, но он не послушал, – сказала Пэйша. – У тебя есть эта штука с тенями.

Орин прокашлялся.

– Я не говорила, что подарок плохой, – возразила она, бросая мне еще один сверток. – Просто мой лучше.

– Формально я тоже приложил к нему руку, – сказал Холлис с такой легкостью в голосе, что мне захотелось закупорить ее в бутылке и сохранить навсегда.