Онлайн книга «Презумпция виновности»
|
«Сборкой» назывались две небольшие, размером 3х3 метра, отдельные камеры без окон. Тополева определили в ближайшую ко входу. Каменный тёмный мешок с тускло горящей под потолком над дверью лампочкой, спрятанной за кучей железных прутьев и прокопчённым от старости пластиковым плафоном. К стене в колючей «шубе» напротив входа была приварена короткая лавочка максимум на троих. В камере уже находились 10 человек. Было так сильно накурено, что когда продольный открыл дверь, то в коридор повалил густой едкий синий дым, а находящиеся внутри стали прищуриватьсяи закрывать глаза руками, прячась от яркого света снаружи. Зайдя внутрь, Гриша, как положено правилами хорошего тона и тюремными понятиями, поздоровался с присутствующими. – Всем привет! – Здарова!!! – раздалось в ответ хоровое приветствие. – Сколько время, не в курсе, а то с обеда тут сижу? – спросил один из заключенных. – Около пяти, – негромко ответил Григорий, вспомнив, что видел часы над выходом из адвокатского корпуса, которые показывали без десяти пять. – Из какой «хаты»? – поинтересовался молодой кавказец, сидящий на лавке, предположительно, «чех»60. – Два-восемь-восемь, – так же негромко ответил Гриша. – А что за беда? – продолжал с лёгким напором опрос кавказец. – Сто пятьдесят девятая, четвёртая. – Мошенник, значит?! На Бэ-эСе решил укрыться? Почему к людям в общую «хату» не идёшь? Или знаешь, что за собой? – Послушай, я в тюрьме пятый день! – чуть громче поставленным чётким голосом ответил Гриша. – Куда определили с карантина, туда и пошёл. – Ну, понятно… – с ухмылкой заключил чечен. – А ты на общее уделил, мошенник? – Меня Григорием зовут! – со злостью отреагировал на оскорбление Тополев. – Уделил. – А меня, Ваха. Ну, и сколько ты уделил, Григорий? – А тебе не кажется, Ваха, что это не твоё дело?! – опять спокойно, как только мог, ответил Гриша. – Если тебе лично это интересно, то поинтересуйся у смотрящего за Бэ-эС. Чеченец подскочил с лавки как ошпаренный и замер, сдерживая в себе гнев. – Правильно Григорий тебе ответил, Ваха! – оторвавшись от стены и встав боком между собеседниками, произнёс полноватый мужчина южных кровей, задавив авторитетом конфликт в зародыше. – Ты вообще с какой целью интересуешься, кто сколько на общее отгрузил? Ты что, бухгалтер или, может, для ментов стараешься? Я сегодня же сообщу Ибрагиму, что ты на сборке прилюдно пытался поступления в общак обсудить. – Аслан, я прошу тебя, не надо никого информировать! – залебезил явно испугавшийся Ваха. – Я пытался фраерка на понт взять и развести на бабло – так все блатные делают, особенно на сборках. А где ещё лопуха – мошенника повстречать, как не здесь, их же от нас прячут на бэ-эсах – шмэ-эсах. – Это с каких это пор ты, Вахид, блатным заделался? – не унимался убелённый сединами Аслан. – Я не слышал, чтобы твои «три гуся»61сталисчитать благородной воровской статьёй. Так что присядь обратно на скамеечку и не мешай приличным людям общаться. Ваха сел и нервно прикурил сигарету. Аслан взял Гришу за локоть и отвёл в противоположный угол. Остальные присутствующие как ни в чём ни бывало продолжили заниматься тем, чем они были заняты до появления Гриши. Некоторые общались, переминаясь с ноги на ногу, некоторые подпирали стены и думали о чём-то своем, кто-то сидел на кортах, играя воровскими четками. |