Книга Кровавая гора, страница 37 – Алиса Валдес-Родригес

Немалую часть рабочего времени Джоди проводила за рулем пикапа в одном из самых потрясающих мест на планете. В качестве охотинспектора она отвечала за пестрящую контрастами высокогорных пустынных ландшафтов территорию площадью чуть более пяти тысяч квадратных миль – примерно 3,2 миллиона акров – в центральной части Северного Нью-Мексико. Древние вулканические плато и речные ущелья с каньонами достаточной глубины, чтобы прыгать туда с парашютом прямо с моста, парящие в облаках горные вершины, неохватные луга. То был широкий пояс по большей части неосвоенной земли, сочетание общественных и частных владений, которые вместе составляли примерно половину территории всего штата Массачусетс. Самый южный хребет Скалистых гор круто обрывался прямо посередине, рассекая эту территорию надвое; поэтому большая часть рабочего дня Джоди проходила в резких подъемах и спусках. Но даже при таких грандиозных размерах территория под ее присмотром составляла всего-то 4 процента всех земель Нью-Мексико – пятого по величине штата страны, с одной из самых низких плотностей населения в мире.

Поразительно, но почти пятая часть рабочих угодий Джоди принадлежала теперь Тедди и Клаудии Эвансам. Одна пятая. Ей трудно было это осмыслить. Как у одной семьи может быть столько денег и земель? Джоди вернулась в эти края во многом из-за болезненной тоски по прошлому – ностальгии по Северному Нью-Мексико времен ее раннего детства или даже времен ее родителей, бабушек и дедушек, где маленькие общины жили скромно и в равновесии с природой, – но ей начинало казаться, что скоро родные места перестанут существовать где-либо, кроме ее воображения.

Рабочий мобильник Джоди ожил как раз в тот момент, когда они прибыли на окраину городка Конехито – последнего поселения перед тем, как пикап въедет на само ранчо. Звонила Бекки, и Джоди ответила ей по «громкой связи».

– Йо, Бекс, как делишки? – сказала она.

– Где ты, подруга? – откликнулась Бекки.

– Въезжаю в Конехито, собираюсь заправиться, – ответила Джоди.

– И перекусить, – подала голос Мила. – Мне нужно чем-то похрустеть, а то я умру с голоду.

– И перекусить, – повторила Джоди.

– Девочкам без перекуса никак, – согласилась Бекки. – Итак, послушай. Я хотела сказать, что отправила тебе координаты и коды на въезд. Один – от главных ворот ранчо, а второй – для проезда через участок Лавато.

– Я их получила, – подтвердила Джоди. – И, как всегда, благодарна тебе за внимание к деталям.

– В таких случаях полагается отправлять ответное сообщение: «Понял-принял», – строго заметила Бекки. – У меня не было бы повода прилагать к деталям столько внимания, реагируй ты хоть как-то на мои потуги.

– Прости, – сказала Джоди. – Вела машину.

– Это выглядит как перебор с контролем, а в качестве профессора поэзии ты наверняка привыкла к полной самодостаточности, но у нас в правоохранительных органах не от хорошей жизни заведены такие протоколы, – пояснила Бекки. – Пока ты прохлаждаешься где-то вдали… а сейчас вы как раз направляетесь в чрезвычайно далекую от цивилизации зону, Джоди… Я обязана знать, что ты в полной безопасности и, случись что, о тебе позаботятся. Иначе не смогу спать по ночам.

– Ценю твое участие, – сказала Джоди. – Прости, что огрызалась.

– Итак, послушай, – сказала Бекки. – Я только что говорила с Клаудией Эванс, и та попросила передать тебе пару полезных сведений о сервитуте Лавато. Во-первых, перед тем как добраться до рыбацкого домика, вы попадете в узкую долину, известную как каньон Лавато. Эти крутые склоны – единственный доступ к озеру с домиком на берегу. Живет там Козлиная Леди.